Андреевка в Японии / март - апрель 2010

Андреевка в Японии

Март—апрель 2010

 

Содержание

27.03.10 Начало
29.03.10 Сырая рыба ранним утром. Никко
30.03.10 День Фудзи
31.03.10 День рождения Сэнсэя
01.04.10 Киото. Ужин с гейшей
02.04.10 Завтрак в Киото
03.04.10 Обратно в Токио
04.04.10 Последний день в Токио

 

 

27–28.03.10 Начало

 

Не задалось как-то ещё до отъезда. За день заболел Женя. Пошёл с друзьями гулять на заброшенную стройку около 16-го района, промочил ноги и затемпературил. Улетаем в субботу вечером, 27 марта. У Жени – 38,2. Летим Аэрофлотом, на новом лайнере А330, бизнес-классом, вместе с Сашей и Светой Чуенко. Брошенная как-то за столом фраза «А не слетать ли нам в Японию, посмотреть на цветение сакуры?» обрела реальность. У меня в руках учебник – «Японский за три месяца». Аригато годзаимас, О хаё, и, саёнара, коннити ва, комба ва, биру ва – мои первые и, может, последние успехи в изучении японского. Спасибо большое, доброе утро, хорошо, здравствуйте, добрый вечер, пивка? – соответственно. Основой для моих пожеланий в это путешествие послужила статья Ильи Лагутенко из группы «Мумий Тролль», опубликованная в журнале «Аэрофлот» в феврале. Там он написал, что Япония – такая страна, которая открывается не всем, но если вы сможете увидеть Фудзи открытой, значит, всё будет в порядке – это знак такой. Кстати, при подлёте к аэропорту Нарита, в случае хорошей погоды, по левому борту отлично видно знаменитую гору. Соответственно наши места в самолёте расположились по левому борту. Поковырявшись в сети, нашёл некую компанию «Сакура Тур», которая была японской, что и определило мой выбор. Чем ближе travel agent к объекту интереса, тем более осведомлённым он должен быть и тем ниже комиссионные наценки. В течение примерно месяца мы активно общались через интернет с неким Романом Пановым, представителем компании, составляя маршрут и обсуждая детали. Я, честно говоря, был уверен, что он – русский, живущий в Японии. Но перед самым началом путешествия я узнал, что он работает на компанию, живя в Смоленске, однако это никак не повлияло на подготовку путешествия. Программа была составлена, визы получены без проволочек: в течение недели документы сдали через представителя компании, на следующей – получили. При этом во время оформления паспорта забирали: нам в промежутке надо было съездить в Италию за permessi dei soggiorno. Оплату большей части тура я произвёл денежным переводом на счёт компании в Японии. Всего получилось примерно 4400 долларов на человека. Полёт прошёл нормально, Женя большую часть времени спал, перед приземлением дали ему анальгин, чтобы снизить температуру: я побаивался, что на санитарном контроле могут завернуть. При подлёте потрясывает: летим в сплошном «молоке», ни о какой Фудзияме и речи быть не может. Что это? нехороший знак?

Приземлились, минут 20 едем до здания аэропорта, погода – мелкий моросящий дождь и всё серое. Идём по коридорам аэропорта. Впереди надпись «контроль температуры», стоит что-то вроде камеры, за ней сотрудник смотрит на экран с показаниями. Я замедлил ход, чтобы оказаться перед Женей. Не знаю, это ли помогло, только нас не задержали. А температура-то у Жени была, факт, несмотря на таблетки. На паспортном контроле – очередь. У очереди есть начальник, как почти у всякой очереди в Японии. Человек в фуражке (наши гиды потом говорили, мол, любят японцы форму) руководит людьми, выставляя их в ряд. На границе надо пройти биометрию – приложить пальцы к сканеру и посмотреть в объектив камеры. Наклейку с твоими данными вклеивают в паспорт, а металлической скрепкой пришивают часть заполненной по прибытии декларации.

Чемоданы уже на ленте, таможенный контроль – отдаём соответствующую декларацию.

– Вы ничего запрещённого не везёте?

– Да вроде нет.

– Ну, тогда проходите! И выходим в город.

На входе нас встречает Пётр – наш первый гид. На вид 25–27 лет, в Японии живёт уже 19 лет, был привезён из России в возрасте 7 лет. Закончил экономический факультет университета, сейчас получает юридическое образование, живёт вместе с братом и родителями. На вопрос Светланы – женат или нет? – ответил, что была девушка-японка, но когда она услышала, что он, возможно, переедет вместе с родителями в Россию, она сказала «Ой! Она слишком большая!» – и сбежала от него. Я спросил, действительно ли родители собираются обратно в Россию, прожив в Японии 20 лет? – Да! Они считают, что на старости лет надо возвращаться к себе. Единственное мнение о необходимости возвращения обратно, которое я слышал. Здесь и в других странах.

На микроавтобусе Toyota HiAce (любят их использовать для перевозки туристов в разных странах – в Бирме и Таиланде нас возили на этой модели разных лет выпуска) едем в город. Первое ощущение – обычная скоростная дорога, а не какая-нибудь эстакада над электронными джунглями... Кстати, на обратном пути я разглядел – всё-таки эстакада, но футуристического впечатления, тем не менее, не производит. Ограничение скорости – 80 км/час, но до 110–130 км/час никого не трогают, штрафуют за более высокие скорости.

Добрались до Токио, заселяемся в гостиницу. Она называется Prince, расположена в районе Shinagawa, огромное 40-этажное здание да ещё одно 30-этажное, – настоящий улей! На ресепшн очередь, вокруг снуют толпы людей. Нас встречает Элена Кадзама, директор компании Сакура Тур, как указано в её визитке. Вместе с ней мужчина – японец – её муж, а заодно и вторая часть компании, как я понял. Сначала мы долго суетились со сдачей багажа на хранение, так как мы приехали раньше 14-00, которые считаются официальным временем заселения. Я пытался оставить багаж, потому что мы просили одну комнату раньше для больного Жени, но нам его не дали: надо прилепить бирки и оставить. Пока мы этим занимались, наступило 2 часа дня, и мы смогли заселяться уже все. Ещё постояли в очереди на ресепшн, наконец, получили ключи, мы с семьёй Чуенко – на 37-м этаже (номер 3768), а Катя с Женей – на 25-м (2547). Номера небольшие, наш ничего, а детский потёртый какой-то. Холодильники есть, но в них – пусто. Зато вид на город захватывающий! Не удержался побурчать в адрес Элены (регистрацией мы занимались около 2-х часов!), на что она с обезоруживающей простотой ответила: – Да я в гостиницах не бываю, потому и не знаю, что и как тут устроено. А перед прощанием сказала нам:

– Только познакомились, а вы мне уже как родные!

Смелое заявление.

Ладно! Кое-как устроились – оставили Женю в номере и поехали по городу. Наш первый пункт программы – парк при императорском дворце. Из затемнённых узких окон микроавтобуса видно плохо, но я понимаю, что мы перемещаемся по земле, а не над ней, как, например, в Шанхае по эстакадам.

Водитель притормозил, мы вышли на улицу, дорога около парка перекрыта. Пётр говорит, что это связано с тем, что сегодня воскресение и народ гуляет. Однако, подъезжая, я видел кортеж автомобилей в сопровождении мотоциклетного эскорта. Ещё около отеля заметил людей в форме, которые регулируют красными светящимися жезлами движение на подъезде к зданию гостиницы. Таких же много около заградительных щитов у перекрытой к дворцу дороге. Польза от них, видимо, есть, но небольшая. А человек при деле. Но ведь Япония – великая технологическая страна, почему в ней некоторые люди делают не совсем эффективную работу?

Этот вопрос в том или ином ключе ещё не раз посетит меня во время поездки...

Зябко, дует прохладный ветер. Я почему-то был уверен, что смогу обойтись лёгонькой курточкой, тёплых вещей не брал и сейчас об этом жалею. На подкорке мысль: что-то неласково нас встретил Токио. Как писал Лагутенко в своей статье, Япония может сразу не открыться путешественнику: если Фудзи при первой встрече не увидели, тогда страна так и останется неоткрытой. Думаю, всё одно к одному. Женя заболел, горы не видели, заселялись долго, на улице холодно. Непер, что ли, пошёл?

japan_04.jpgПрошлись по стылому парку: кое-где полураспустившаяся сакура, плотный газон цвета соломы, остатки основания императорского дворца, сгоревшего 100 лет назад... и всё!

– А дворец где?

– Его отсюда не видно.

М-да... Всё одно к одному.

Идём к машине. На проезжей части проводятся дорожные работы, площадка огорожена и отмечена знаком – контур человека в каске, снабжённого постоянно вращающейся от моторчика рукой. Сворачивай!..

А светофоры на улицах расположены горизонтально. Места в высоту мало!

Переезжаем на новую точку – Роппонги Хиллс. Это недавно (лет 10 назад) построенный комплекс зданий с магазинами, ресторанами, офисами и смотровой площадкой на вершине небоскрёба. Михайлыч взял в свои крепкие руки управление ситуацией и твёрдо сказал, что пора подкрепиться! Петя воспринял задание и стал искать ресторан. Делал он это несколько неуверенно, у меня возникло желание вмешаться. Справедливости ради надо сказать, что впоследствии Петя отлично справлялся с задачей поиска места для вкусной еды.

В результате сели в первый попавшийся ресторан внутри торгового комплекса. Первые суши и сашими на их исторической родине. Но кухня в кафе интернациональная. Катя, например, спагетти заказала. А суши оказались вкусными. Похоже, они здесь везде вкусные и свежие, а иногда исключительно свежие, но об этом немного позже... Порция виски Suntory (Саша сказал, что надо обязательно попробовать) для основной части коллектива и бокал пива для меня сделали своё дело – на душе слегка потеплело после прохладной встречи с городом Токио. На скоростном лифте (Катя: «Папа! Что это он так быстро доехал?!») поднимаемся на верхний этаж (52-й?). Из окон открывается панорама вечернего Токио, Петя предлагает немного подождать, когда совсем стемнеет и мы сможем увидеть огни ночного города.japan_05.jpg

Как мы, русские, любим говорить: «Краёв не видно»: сколько хватает глаз, практически на 360 градусов, городская застройка с пальцами-небоскрёбами, равномерно натыканными на карте города, изредка разрываемая темной дырой – парком. Магистрали – жилы города – с наступлением темноты всё ярче наливаются кровью габаритных огней, которая растекается по огромной площади мегаполиса... (по-моему, круто я про кровь, а?)

Кафе, у окон столики, надпись «Если хотите посидеть здесь, надо что-нибудь заказать в баре». Надо так надо – чай, кальвадос, пиво. В темноте вершины высотных зданий оживают мерцающими красными огнями. Из-за того, что небоскрёбов много и они повсюду, а не кучкой сгрудились в центре, как в Москве или Чикаго, у ночного города особая загадочность марсианского космодрома.

Народу на смотровой площадке много, в подавляющем большинстве – японцы. Первая возможность разглядеть.

Японские девушки – косолапые кривоножки. В массовом порядке. А некоторые ещё напялят чёрные колготки сеткой с дырками разных размеров, отчего становятся совсем несуразными. Цвет толпы – чёрный, не любят японцы выделяться одеждой. Разве что молодые девчонки на ноги наденут белые или цветастые колготки. Или вообще останутся с голыми ногами. Представьте: на улице стыло и ветрено, люди кутаются в чёрные пальто и вся масса людей такая чёрная, вдруг – бац! – среди черноты голые ноги в короткой юбке шагают. Бр-р-р! Одеты японцы легче, чем следовало бы. Кто-то из наших гидов потом рассказал, что с детства японцев пытаются приучить к закаливанию, возможно, стараясь выработать у них иммунитет ко всяким инфекциям. Приводишь ты ребёнка в детсад укутанного, только бесполезно: его воспитатель всё равно разденет в еле тёплом помещении. На наш вопрос «Они болеют?» гид ответил «Да, всё равно болеют». Вот они, первые загадки японского характера. Инфекций боятся: тут и там встречаются люди в марлевых повязках, особенно часто работники транспорта – контролёры метро, таксисты, водители автобусов.

На башне мы успели познакомиться ещё с одной японской (скорее азиатской в целом) чертой характера – любовью к караоке. В кафе есть сцена, на которую периодически выходит кто-нибудь из посетителей, и с чувством, не в ритм, не в лад, безголосо исполняет какую-нибудь песню. Примечательна реакция зала – любое выступление приветствуется бурными аплодисментами. Так они поддерживают самоутверждение друг друга.

Наконец добрались до гостиницы. Уже сутки без душа, зубной щётки и, простите, домашнего унитаза. Но мне до того ещё надо сделать кое-какие покупки (холодильник пустой, надо бы заполнить его водой и пивом, да и Жене надо что-нибудь купить поесть, а то он, небось, голодный). Прямо напротив гостиницы через дорогу один из крупных транспортных узлов города – вокзал Shinagawa. Сюда приходят и поезда метро, и электрички, и скоростные поезда дальнего следования – синкансены. Здесь же, на цокольном этаже, крупный супермаркет Wing.

Зашли. Часть зала – в виде супермаркета, часть – киоски-островки с готовой пищей: суши, сашими, жареная рыба в кляре, пельмени на пару, мясо с овощами и много чего ещё, выглядит всё очень аппетитно. Несмотря на то, что я был неголоден, слюнки потекли и возникло желание накупить всего. Удержался. Знаю, что Женя сейчас всё это есть не будет. Купив напитки, я отправился на противоположную сторону улицы в Макдональдс. Японцы любят Макдональдс, американская оккупация не прошла бесследно. С гамбургером и картошкой фри я пошёл искать номер Жени и Кати. Это оказалось непросто. Лифтов много, но они ездят на определённые этажи: 4 лифта – с 1 по 12-й, ещё 4 – с 12-го по 26-й, ещё 4 – с 26-го по 37-й. Все заезжают на этажи с едой – 38-й и 39-й. Если я живу на 37-м, и хочу попасть на Женин 24-й, то должен спуститься на земляной этаж и подняться обратно на другом лифте. Или подняться на 38-й и спуститься на 24-й.

japan_06.jpgВечером решили не усложнять себе жизнь, а поужинать в гостинице. Пока мы собирались на ужин, Катя заснула беспробудно. Её оставили спать, а Женю взяли, ведь он весь день ничего толком не ел, кроме гамбургера. Целый этаж занимают только одни рестораны (их там штук 6–8, и они расположены в аккурат над нами, этажом выше). На входе встречает метрдотель – один на все рестораны. Подводит к стенду, где висят фотографии интерьера каждого, меню и фото блюд, на которых они специализируются. Мы с Сашей определились с генеральным направлением – японская кухня, всё остальное мы у себя поедим. Сырой рыбой мы ещё не наелись – пойдём в ресторан суши. Нас сажают в линию вдоль стойки, за которой мастер готовит суши. С напитками Саша тоже определился – главным напитком в Японии должен быть главный напиток Японии – саке. Приносят его в небольших керамических графинчиках, а разливают в маленькие керамические рюмки. Саке бывает та, которую пьют холодной, и та, которую пьют горячей. Всё-таки погода во время нашего посещения была, в основном, холодная, поэтому саке мы пили, в основном, горячую. Правда, сегодня мы выпили холодную. Я не стал поклонником саке, хотя должен отметить – вкус у нее имеется. Только малозаметный. Я же из японских напитков предпочитаю пиво, недаром даже в Москве я постоянно покупаю «Асахи», сделанное по лицензии в Калуге. Его вкус мне наиболее подходит: люблю сухие сорта. А японское пиво всё сухое на вкус. Также популярны Кирин, Саппоро и ещё одно, с поэтичным названием Yebasu. В магазинах пиво довольно дорогое – от 200 йен в супермаркете до 450 в автомате на нашем этаже в гостинице. Суши по-прежнему свежие и вкусные. Поели и пошли спать, тем более что нам с Сашей скоро вставать: ранним утром мы собираемся на рынок Цукиджи. Перед сном приклеился носом к окну. Вид на Токио из окна нашего номера никак не хуже платного на смотровой площадке в Роппонги-Хиллс!

 

 

29.03.10 Сырая рыба ранним утром. Никко

 

В 4-30 я, Саша и Катя (остальные отказались ещё в Москве) собрались ехать на главный ночной рыбный рынок японской столицы. Проснулся – звоню Кате, трубку поднимает Женя. – Катя встаёт? – Да. Через некоторое время перезваниваю. Женя отвечает: «Катя сказала, что не поедет, и легла спать».

Ладно, поедем без неё. Спускаюсь в холл, который в это время непривычно пуст, чтобы встретить нашего нового гида. Им будет Вадим – высокий худощавый молодой парень лет 25. Знакомимся, выходим из отеля, берём такси и едем на рынок. По пути приходит sms-ка от Жени: «Ты уехал?» – «Да». Когда вернулись, я узнал, что Катя передумала и собралась ехать. С этой целью она подняла маму и погналась за нами, но было поздно, мы уже уехали...

Подъехали к рынку ещё затемно. Отпустив такси, заходим в здание, напоминающее заводские корпуса. Внутри полумрак, но прилавки освещены хорошо. Саша сразу обратил внимание на отсутствие характерного рыбного запаха, что может говорить о тщательном соблюдении гигиены.

Точнее запахи есть, но это запахи свежей рыбы и морепродуктов. Рынок представляет собой череду лотков с продольными улицами и поперечными проходами или наоборот, смотря с какой стороны посмотреть. Проходы поуже, улицы пошире, по сторонам заставлены аккуратными ящиками из прессованного пенопласта с рыбой и разнообразными морскими гадами. Ящики, как правило, небольшие, по несколько рыбин в каждом. Хозяева лавок заняты разделкой рыбы на филе, которое тут же укладывается в другие ящики и выставляется на продажу. С определённой периодичностью расположены киоски, где сидят один–два человека. Предположу, что это касса или иной фискальный орган, фиксирующий продажи. Проходы и улицы имеют номера, и их здесь как минимум 60 – такие цифры я видел на стенах. Время – около 5 утра, и покупателей пока немного. Мимо туда-сюда шныряют чудные самодвижущиеся тележки с рыбой. Такая тележка представляет собой цилиндр на колёсах, похожий на старые стиральные машины, с большим колесом руля сверху, подножкой для стоящего водителя и плоской площадкой для грузов. Едут они, никак не обращая внимания на нас, только сигналя иногда, поэтому всё время надо быть начеку, чтобы увернуться от очередного движущегося пылесоса. Один раз я не успел увернуться, тележка остановилась, водитель подождал, пока я выскочу из-под колеса и двинулся дальше, при этом его лицо не выразило никаких эмоций. Особый отдельный аттракцион на рынке – аукцион по продаже тунца. По дороге Саша говорил мне, что ещё в Москве он слышал в новостях: власти Токио решили закрыть доступ туристов на аукцион, чтобы они не мешали работать. Я спросил об этом Вадима. Да, говорит, я тоже слышал, но не закрыть, а ограничить. Что, по его мнению, только способствовало подогреву интереса среди туристов. Отдельные бараки на территории, небольшая дверь и толпа туристов, толкающихся на входе. Постепенно протискиваемся внутрь. Помните, если есть очередь, значит, у неё должен быть начальник и на нём обязательно должна быть форма и фуражка. На этот раз им является смешной невысокий дядька с круглым лицом в очках. Периодически он проносит на вытянутых вверх руках мимо туристов заклеенные полиэтиленом бумажки с надписями на английском «Без вспышек, блин, пожалуйста!», «Минут через 5 пойдите, пожалуйста, отсюда куда подальше!». Мы оказались в огороженном проходе, который рассекает зал посредине. По обе стороны на полу рядами лежат туши замороженного тунца длиной 1–1,5 м., дымящие паром, отчего в помещении стоит лёгкая дымка. (Пишу эти строки и слышу из телевизора: «Мы находимся на рыбном рынке Мумбая, сейчас раннее утро, и мы идём по теплому и мягкому грунту, состоящему из годами спрессованных слоёв отбросов, издающих невыносимое зловоние». В тему прямо – как антипод Токийского рынка).

На хвосте каждой туши небольшой срез с отогнутым языком мяса. Покупатели – мужчины в резиновых сапогах с фонариками в руках – ходят между тушами и рассматривают в луче фонаря мясо на срезе. Перемещают туши по полу при помощи специальных крюков, которыми гарпунят за голову и катят с лёгкостью благодаря тому, что туша замороженная и оттого скользкая. Наконец осмотр заканчивается, звенит колокольчик, призывая к вниманию, наш начальник шикает на нас с табличкой «Тишина, блин!, пожалуйста», а на небольшую трибуну встаёт человек, что-то распевно говорит, ему из зала отвечают, а он отмечает в блокноте. Зажатые между другими европейскими любителями японской экзотики, благодаря настойчивым советам начальника очереди, мы двинулись к противоположной стороне на выход. На самом деле аттракцион показывают только в одном зале, существуют ещё несколько других, куда не пускают туристов, я видел через приоткрытые двери.

Я читал в журналах, что самые свежие суши можно попробовать в небольших забегаловках на рынке.

Пора уже – я попросил Вадима найти такие. Путем расспросов мы нашли во дворе около стоянки с небольшими грузовичками, развозящими свежую рыбу по ресторанам города, ряд заведений, где можно поесть. Время полшестого утра и мы направляемся есть сырую рыбу! Толкаем дверь наугад и заходим в суши-бар. Там в это время пусто, хозяин предлагает сесть в любое удобное для нас место. Саша быстро и решительно выбирает два самых больших набора суши и сашими. Нравится мне такая решительность, а то я иногда начинаю мучиться выбором: то или это. Как часто бывает в Японии, нам тут же приносят чай – зелёный, конечно, чёрный бывает далеко не везде. Чай подают ярко зелёного цвета, и он чуть-чуть мутноватый, потому что листья на заварку перемалывают в порошок. Чай вкусный, но я решил, что если уж идти наперекор правилам, поедая сырую рыбу и морепродукты в столь ранний час, так уж и выпить чего-нибудь... пива, конечно. Мне налили бокал пива Suntory, как раз тут начали метать уже готовые суши, сашими и роллы. Ничего более вкусного из суши я в жизни не ел, и не пил более вкусного пива! С чем только мы не пробовали – с таким тунцом, с другим тунцом (мясо тунца с белыми прожилками, бледно-розовое, ценится много дороже обычного темно красного), с камбалой (Саша удивился), с креветками, с икрой морского ежа, летучих рыб...

Рыбный мисо суп аккомпанементом. Съели много. Удивительно, но каждый кусочек нашёл своё место в желудке, как будто в порядке вещей слопать кучу разных (!) сырых рыбных продуктов с рисом и запить супчиком с пивом ранним утром. В благодушном состоянии, с чувством «всё правильно сделал» и с просветлённым зрением мы направились обратно в гостиницу. Кстати, пока мы сидели, суши бар незаметно заполнился посетителями, а при выходе за дверью мы обнаружили очередь страждущих. Вовремя мы!

К нашему приезду в гостиницу улей уже проснулся – народ снуёт по коридорам, багажный отдел возит тележки с чемоданами, на завтрак выстроилась длинная очередь. К тому времени, когда мы вышли на завтрак, очередь стала ещё длиннее. Постояли минут 15–20, зал для завтрака – огромный, и это не единственное место, где завтракают постояльцы гостиницы. Еды много и разделяется она на два вида – европейская и японская. Европейская: яичница, сосиски, картофель – как обычно; и японская: тут и суп, и лапша, и рыба жареная. К моему удовлетворению, в Японии почти повсеместно есть томатный сок на завтрак, правда он несолёный. А вот апельсиновый и грейпфрутовый разливается из автомата, который смешивает концентрат с водой прямо в вашем стакане! Женя температурит – и Таня принимает решение, что она сегодня останется с ним в гостинице.

Я поднимаюсь наверх, чтобы одеться и выйти в холл: сегодня мы едем в город Никко. Подхожу к номеру и понимаю, что ключ я оставил внутри номера! Спустился вниз, попросил открыть, мне посоветовали вернуться на этаж и ждать у двери дежурного по этажу. Через некоторое время подошёл служащий, спросил, как меня зовут и, сверив моё имя со списком, открыл дверь. Мигом переодевшись, отправляюсь бегом вниз. Но время уже было упущено! До отхода поезда осталось чуть больше получаса, а нам ещё нужно полгорода пересечь на метро. Впятером – Катя, я, Саша, Света и Вадим – быстрым шагом идём на станцию Shinagawa. Самостоятельно сориентироваться в токийском метро европейцу очень сложно. Надписи на английском кое-где появляются, но переведено далеко не всё, а в хитросплетении линий и пересадок и на английском разобраться сложно. Держимся за Вадимом, садимся в поезд, едем. В метро народу немного, видимо час пик уже миновал. Кое-кто из пассажиров читает комиксы, многие уткнулись в мобильники, большинство из которых – «раскладушки», я заглянул через плечо девушки – она играет в тетрис, причём на самой медленной скорости. Саша потом вспоминал, как Дока продала эту игру японцам в конце 80-х за 30 000 долларов и все были этим очень довольны. Слежу за временем, стрелка неумолимо приближается к 10-00, поезд уходит в 10-02, Вадим сдержанно заметил – «опаздываем».

japan_07.jpg

Выходим из вагона на станции Асакуса и бегом устремляемся вверх по лестнице. У японцев так бывает – спускаются на эскалаторе, а поднимаются по лестнице. Пыхтя, бежим, лестница выносит нас на улицу, перебегаем на другую сторону дороги, ещё бросок – и вот уже вокзал. На часы смотреть боюсь: понимаю, что время должно уже кончиться. Проходим турникеты (у всех турникетов есть дежурный, ему показываем билет на поезд и проходим, минуя турникет), бегом по эскалатору, ближняя платформа, вскакиваем в первую дверь поезда, и через секунду она закрывается! Успели! Пыхтим, пытаясь отдышаться! Это я всем устроил кросс, забыв ключ в номере, простите!

Сели на свободные места, через 5 минут появляется человек в фуражке – «У вас места в другом вагоне». Перешли в свой вагон, ехать нам около 2-х часов, по вагону периодически катают тележку с напитками, снэками и ланч-боксами на японский лад. За окнами – бесконечная застройка; по мере удаления от центра Токио застройка становится, в основном, двухэтажная, дома небольшие, а об участках и говорить нечего – 20–30 кв. метров japan_08.jpgмаксимум! В этот клочок они пытаются втиснуть микросад в микроминиатюре! Над чередой домов изредка возвышаются спортивные площадки для игры в гольф (для отработки удара) – каркас, затянутый зелёной сеткой, параллелепипед такой в тесных джунглях, ни одного свободного лоскута земли нет, жильём заполнено всё! И только появившиеся горы размыкают эту бесконечную цепь. Крыши у домов в основном черепичные, угольного цвета, хотя встречаются и синие, например. Оттого цвет жилого фонда – оттенки между белым и чёрным.

Для того чтобы добраться до цели, нам нужно сделать одну пересадку, с поезда на электричку. Выходим из поезда и через 5 минут на этой же платформе садимся на электричку – очень удобно!

Ещё 15 минут – и мы выходим на станции в Никко. Нас встречает japan_09.jpgмикроавтобус, едем в храм Тосёгу. Синтоистское святилище, посвященное обожествленному сёгуну Токугава Иэясу, основателю и первому сёгуну феодального правительства Токугава. Известен множеством каменных и бронзовых фонарей – подарков феодальных князей. (Это я из программы вставил). По дороге заехали в магазин купить что-нибудь тёплое из вещей: в горах холодно, но, кроме рукавичек для Светланы, ничего подходящего не нашлось. А на подходе к храму лежит снег! Слегка припорошенные каменные фонари смотрятся очень красиво. Традиционная храмовая архитектура, несмотря на то, что напоминает виденное в Китае и Бирме, имеет явные отличия, особенно от Бирманской. Вадим, хорошо владеющий историческими фактами, подробно рассказал об истории монастыря, правда, из меня вылетело тут же, как обычно...

На фасаде одной из построек храмового комплекса изображены три обезьяны, которые показывают – «ничего не слышу, ничего не вижу, ничего никому не скажу». На входе в храм стоит высокая пагода, состоящая из нанизанных друг на друга куполов – крыш. Вадим сказал, что каждая часть (этаж) пагоды не закреплён жёстко с предыдущим, такая конструкция позволяет пережить землетрясение. Сейчас в Токио строится новая телебашня, которая в высоту должна достичь 630 м и стать самой высокой башней в мире. Так вот её конструкция построена по такому же принципу: она состоит из частей, которые жёстко не закреплены между собой (помните акробата в цирке, который балансирует на составной подставке? – что-то похожее). Около пагоды колодец, вокруг его прямоугольной чаши лежат ковшики с длинной деревянной ручкой, предназначенные для омовения перед входом в храм. Надо взять ковшик в одну руку, ополоснуть одну, потом другую, потом уста, а потом остатками воды помыть за собой ручку. Помыли(сь). А вот в храм заходить не стали: надо снимать обувь, а кроме меня больше никто не рвался. Отправились на вершину холма, где находится могила сёгуна. Туда ведёт лестница, вход на лестницу через ворота, на которых изображена кошка. По ступенькам вверх (слава богу, их не 550, как было написано в первоначальной программе). Там находится каменный монумент. Поблизости японцы загадывают желание.

japan_10.jpgjapan_11.jpg

     Дальше едем по горной дороге с односторонним движением (первый раз такое вижу, а как попасть в обратную сторону?), вокруг нас лежит снег, хотя дорога сухая. Приезжаем на смотровую площадку. Вокруг – горы, покрытые снегом и поросшие лиственным лесом, сейчас голым. От этого появляется аналогия с головой, покрытой редкими волосами. Катя заметила: контуры гор как будто прочерчены чёрным карандашом. Сфотографировались – и в машину: холодно! Следующий пункт программы обозначен так: «Озеро Тюдзендзи (30 минут на посещение)». 30 секунд! Ровно столько нам понадобилось на ознакомление с озером. Машина останавливается на абсолютно пустой стоянке, мы выходим, пронизывающий ветер бьёт в лицо – и тут же бежим обратно в машину. Даже фотоаппарат не успели достать.

Водопад Кэгон (60 минут)

Один из самых больших водопадов в Японии высотой 93, 3 метра. Он падает с обрыва, образующего природную дамбу. Она возникла в результате извержения вулкана Нантай, поэтому основная горная порода состоит из вулканической лавы и кварца.

japan_12.jpg

Спускаемся на скоростном лифте и далее идём по туннелям – в точности как на Ниагаре! Только поток воды в 10000 раз меньше. Ну ничего – какой есть, зато свой – японский, его можно благоговейно разглядывать и фотографироваться на фоне. Чем и занимаются японцы, несмотря на холод и ветер. А Катя занимается тем, что фотографирует тех, кто фотографируется. Так же быстро мы справились с этой экскурсией. Пора подкрепиться – зашли в небольшое кафе, где кормят лапшой собу из гречишной муки. А из пшеничной называется рамэн. Едим, запиваем горячей саке, в углу работает телевизор. Вдруг Вадим говорит: «В Москве совершены два взрыва в метро – более 20 погибших. Буквально прошло с теракта не больше 2-х часов». Тревожно как-то стало сразу на душе...

Подходя к машине, обращаю внимание на толпу японцев, направивших свои фотоаппараты и мобильники в одно место. На крыше дома сидят и позируют три обезьяны. Японцы любят снимать себя и всё вокруг. Вернулись в Токио часам к 7 вечера. Женя с Таней провели весь день в отеле, и я спешу их покормить. Поесть решили для разнообразия на улице, неподалёку от гостиницы. Не знаю, национальная особенность или с целью облегчения задачи для иностранцев, практически перед любым рестораном выставлено меню в тарелках в виде муляжей всех блюд, которые здесь можно попробовать. Удобно, даже несмотря на то, что пластик не всегда выглядит аппетитно. На этот раз наш выбор пал на такое блюдо: на чугунной сковороде подают котлету с варёной картофелиной! Вот так – с детства знакомая еда в центре Токио. Котлета запекается в фольге с соусом, отчего получается очень мягкая, но в остальном – та же картошка с котлетой!

Перед сном Таня пошла вниз выкурить, возможно, свою последнюю сигарету. Она докуривает пачку и собирается здесь бросить, специально не брала с собой сигарет. Дневник я пишу 19.04, вроде бы пока держится...

Ушла и пропала. Я уже лёг спать, смотрю на время – полчаса как нет! Нервничаю, а что делать? Где искать? Да и спать хочется – две ночи практически не спал. Минут через 40 возвращается – заблудилась, не в тот корпус на лифте поднялась. Всё! Спать!

 

30.03.10 День Фудзи

 

Плотные шторы – в номере темно. Просыпаюсь, сонный подхожу к окну, отдёргиваю штору – и поток солнечного света врывается в номер, а за окном панорама большого города и... правильный треугольник покрытой снегом горы на горизонте. Это Фудзияма! Я уверен в этом, хотя никогда её не видел. Два прошедших дня было облачно, иногда моросил дождь, и видимость была так себе. А сейчас – огромный город во всех подробностях и Фудзи прямо передо мной, хоть и на значительном расстоянии, отлично видна. Пришло настроение. Сразу. Я понял, что нам уже повезло, и удача про нас не забыла. И Женя поправится скоро. Душевная гармония пришла. С ней вместе я отправился на завтрак. Для разнообразия мы решили сходить в другое место, на 39 этаж. Там тоже кормят, только японцы решили, что прекрасный вид с высоты компенсирует отсутствие разнообразия в еде. Яичница-болтанка и сосиски. Окна из ресторана для завтрака выходят на противоположную Фудзи сторону – всё-таки нам определённо повезло! Зато отсюда можно наблюдать за муравейником вокзала Синагава, во чрево которого всё время вползают и выползают червяки электричек и поездов. В какой-то момент я насчитал одновременно 12!

У Жени нет температуры! А как она могла у него быть в так хорошо начинающийся день?!

Собираем вещи – и на выход. Девушка на ресепшн долго ковыряется при выписке, заплатить всего-то надо за интернет в комнате ребят. А почему, спрашиваю? У нас в номере лежит записка – «Интернет бесплатный! Даже если при соединении Вы увидите надпись «Стоимость подключения в сутки 1050 Йен» – игнорируйте её!» На что мне она отвечает: «Правильно! Выше 27-го этажа интернет бесплатный». Дискриминация! Рассчитался. Отхожу в сторону. Смотрю на время – мы явно выбиваемся из графика. Вот появляются Женя с Катей, немедленно получив замечание от меня, и тут же следом Саша со Светланой (это важная подробность, потом Вы поймёте почему). Саша рассчитывается за номер (Вы ничего не должны), и мы выезжаем на автобусную станцию, чтобы взять курс на Фудзи.

– Опаздываем, – говорит Вадим.

Короткий опыт общения с ним подсказывает мне, что это значит – уже опоздали. Да и показания минутной стрелки подтверждают то же самое: автобус уходит из Синдзюку в 9-10, сейчас без десяти, а я уже понял масштабы Токио, меньше чем получасами не обойдёшься. Так и есть – опоздали! Автобусная станция представляет собой перрон вдоль здания и комнату в нём, где продают билеты. Вадим выяснил – следующий автобус через 2 часа, а значит, наша программа рушится. Что делать? Неподалёку вокзал – давайте попробуем уехать на поезде. Весь наш славный коллектив, навьюченный сумками и чемоданами, двинулся в путь. Нам предстояло обойти внушительного размера площадь. Михайлыч мрачнее тучи, весь гнев направил в сторону Светы, которая долго собиралась. Я, малодушно замял тот факт, что Женя с Катей тоже опоздали, промямлив что-то неразборчивое себе под нос. А между тем мы добрались до вокзала, где стало ясно, что не все лестницы оборудованы эскалаторами. Особенно несладко пришлось Саше – два больших тяжёлых чемодана! Я тоже побегал, помогая Кате с Таней. Внутри – улей! Страшный! Незнакомая и оттого агрессивная среда. Потоки людей пересекают друг друга и смешиваются. Множество выходов! Ясно себе представляешь, что если вдруг ты сейчас потеряешь Вадима, выбраться отсюда невозможно! Вадим долго изучает карту линий метро, электричек и поездов.

– Сейчас я узнаю и вернусь, – говорит он.

Совсем тревожно стало. А вдруг не вернётся?!

Вернулся.

– Так. Пойдёмте на 15 платформу. Чемоданы на себя и вверх по лестнице. Пришли, встали. Вадим подумал, посмотрел на схему.

– Нет. Я ошибся. Нам надо на платформу №16.

Очень недобро я посмотрел на него. Чемоданы – на себя! Сначала – вниз, потом – вверх. Стоим.

Вадим говорит:

– Поезд до нашей станции будет через полтора часа.

– А смысл нам был переть на себе чемоданы и развлекаться бегом по пересечённой лестницами местности? Могли автобусом уехать с тем же успехом.

Вадим звонит в офис, советуется.

– Сейчас через 10 минут будет электричка, но она не доедет до нашего пункта назначения несколько остановок. Там придётся пересесть на другую. А с неё – на третью!

Я живо представил многочисленные лестницы, по которым нам надо будет скакать с платформы на платформу, но делать нечего – в 10-08 мы выезжаем. Электричка внутри похожа на вагоны нашего метро, есть сидячие и стоячие места, мы едем в первом вагоне. Определённость (ну едем же куда-то, не стоим на месте) действует успокаивающе. Через прозрачное стекло двери хорошо видно кабину машинистов. Один сидит, другой сидит. Конечно, оба в фуражках! Из-за того, что можно смотреть через лобовое стекло поезда, физически ощущаешь весь состав за своей спиной, волей-неволей приходится делить ответственность за пассажиров. Дома стоят вплотную друг к другу и к железной дороге, на одной станции угол дома так близко от нас, что кажется, будь окно открытым, до него можно дотронуться рукой! По мере удаления от центра застройка постепенно теряет этажность, но никак не плотность! И над всем этим бесконечным мегаполисом возвышается величественная белоснежная Фудзияма! Она всё ближе и ближе. Волнения постепенно уходят, ведь жизнь мне утром вполне определённо пообещала праздник!

Спокойно пересаживаемся на другую электричку – когда наша прибывает, с другого края платформы нас ждёт уже следующая. В поезде Вадим сообщает ещё одну приятную информацию – на следующую электричку пересаживаться не надо: машина заберёт нас отсюда. Выходим на станции – и тут же подруливает микроавтобус с большой табличкой под стеклом, на которой написано: Alexander Fokichev и иероглифы, которые значат то же самое, только по-японски. На часах 11-40, получается, что мы опоздали всего на полчаса. japan_13.jpgЕдем на Фудзи. Дорога поворачивает, поворачивается боками и Фудзияма, как бы красуясь перед нами. Проезжаем огромный парк аттракционов с американскими горками огромных размеров. Здесь, вблизи Фудзиямы, можно отделить одно поселение от другого. Кино и телевидение подсказывают: небольшие городки чем-то похожи на американские – как я уже отмечал, Америка наложила отпечаток на Японию. Поворачиваем в гору, вверх ведёт ухоженная дорога, которая вдруг запела под нашими колёсами! Это не метафора! На дороге покрытие уложено так, что при определённой скорости, шум от шин превращается в мелодию песни о горе Фудзи!!! Японцы, блин!

Дорога к вершине разделена на 5 промежуточных станций, и мы рассчитывали подняться до середины горы, однако нашим планам не суждено было сбыться. За первой станцией дорога дальше была перекрыта массивными воротами. Нам не оставалась ничего иного, как сфотографироваться на фоне и съесть жареную кукурузу и кальмары. Их готовит пожилой словоохотливый японец в старых кроссовках, куртке и тёплых толстых штанах. Перед ним мангал, а за спиной – фургончик со всяким скарбом. От него мы узнали, что дорогу закрыли вчера, после снегопада. А кукуруза у него с Хоккайдо. Звучало это как «А мандарины у меня – абхазские!»

japan_14.jpgПопробовал кукурузу – кислая. Саша попробовал и тут же выбросил, не стал есть, а я честно обглодал весь початок, не пропадать же добру!

Ещё раз песенка на прощание про Фудзи – едем на озеро Кавагути. Местность вокруг Фудзи курортная, сюда японцы приезжают отдыхать от суеты большого города. Сама гора – священная, на ней нельзя строить что-либо и делать что-либо. А вокруг много гостиниц, зон отдыха. Озеро Кавагути – часть рекреационной зоны, на берегу множество ресторанов, а по самому озеру постоянно плавают туристические кораблики. К слову сказать, озеро небольшое и круиз по нему занимает всего 20–30 минут. Но сначала мы зашли покушать и уже на полный желудок прокатились. Вид с озера на гору действительно замечательный, отсюда хорошо видно не только вершину, но и длинные пологие плечи. В отсутствие ветра, в спокойной глади озера отражается величественная вершина, но лёгкая рябь не позволила её увидеть. Нельзя требовать от жизни максимум, надо быть довольным, что гора открылась нам, ведь могло быть совсем по-другому... (Завтра у нас будет повод в этом убедиться).

Следующий пункт программы – шоу обезьян. За ним мы отправились фуникулёром на вершину горы, у подножия которой находится озеро. Наверху – смотровая площадка под присмотром зайца. Возможно, того самого, которого Михайлыч попросил привезти из Японии Михайлыча. Грицай – Чуенко. Спросите, причём тут заяц? Фигуры зайца и барсука здесь повсюду: японцы любят мифы о животных.

 

japan_15.jpg

Вид на Фудзи отсюда прекрасный (зайка позаботился). А шоу обезьян не оказалось! Вадим ошибся: искать его надо внизу, отправляемся на поиски обезьян.

Обезьян в Японии много. Немного странно видеть их на фоне снега, как это было в Никко, а совсем удивительная сцена была, когда прямо перед нами дорогу перебегала мамаша-обезьяна, в спину которой, как хороший наездник, вцепился детёныш.

Шатёр, киоски со сладостями, тир, игровые аппараты, клетки с обезьянами. Народ вокруг нас подозрительно редеет, машины разъезжаются со стоянки... Вадим подтвердил подозрения – представления в 16-00 не будет. Оно бывает только по выходным, а сегодня рабочий день. Конечно, чистый ляп организаторов. Я тут же высказал свои претензии Вадиму, Женя расстроился, я – тоже. Покормили обезьян арахисовыми орехами, Вадим говорит: «У нас есть ещё время аренды микроавтобуса, здесь поблизости художественный музей, давайте съездим». japan_16.jpgС недовольной миной соглашаюсь (обезьян не вернёшь! хотя Вадим пытался, говорил с работниками шоу, но они объяснили, что дрессировщик уже уехал). Через 2 минуты подъезжаем к музею, но он тоже закрыт. Вадим: «Могу предложить поехать на скалы, оттуда красивый вид на Фудзи». Поехали. Спустя минут 15, добрались до въезда в туннель, заколоченного на зиму. Перед ним домик, а в нём – кафе. Посмотрели на Фудзи, заглянули в кафе. Назвать его кафе сложно, потому что это и кафе, и магазин сувениров, и собственная их гостиная – жилая часть расположена над кафе, куда ведёт широкая лестница. При входе два японца играют в нарды, около кассы кипит чайник. Сидеть придётся на полу: столы в традиционном японском стиле, небольшой подиум, перед входом надо снять обувь и сесть на ноги в той позе, в которой Женя на айкидо сидит, за низкий стол. Непривычно и неудобно. Саша, бедный, мается, с его ростом сидеть в такой позе непросто, приходится раскачиваться, снимая с ног нагрузку. Но посидели хорошо: чай, пиво, саке, плюшки. Я купил альбом с красивыми фото Фудзи: тут и на закате, и с отражением в озере, и с кольцом над вершиной…

Сегодня мы ночуем в Fuji View hotel. Настоящая японская гостиница для японцев – рёкан. Главное отличие от обычной – отсутствие кровати! А как же спать? – спросите Вы. Перед сном вам постелют на полу, причём только перед сном! А утром уберут, едва вы собрались на завтрак. Если вы днём захотите прилечь... Размещение в японских отелях выбрал я – каюсь. Ну как же: едем в Японию, значит, и ночуем по-японски. Только про отсутствие кроватей меня никто не предупредил. При входе в номер надо снять обувь. По номеру надо передвигаться босиком. В туалете стоят специальные шлёпанцы. Для похода в онсен – японскую баню с термальным бассейном – у входа стоят другие шлёпанцы. Комната застелена татами – циновками из соломы, стены в спокойных бежевых тонах, углы отделаны светлым деревом, в нише стоит телевизор, в другой – ночник, модем с проводным интернетом (редкость в рёкане) и телефон на полу, небольшой шкаф. По центру – невысокий стол и 4 стула без ножек, на нём – чайные принадлежности. Всё! Да, окно отгорожено сдвижной стенкой в клетку из дерева и рисовой бумаги, за ней стоит стол и два стола с ножками! Когда стенка сдвинута и за ней горит свет, а в комнате темно, человек, сидящий за столом, становится чёрным контуром на фоне светлой стены в тёмную клетку – очень изящная и графичная картина! Пройдя через всю комнату к окну и повернув налево, мы упираемся в туалетную комнату с унитазом и маленькой раковиной. Нормальная раковина – в ванной комнате при входе. Ванна глубокая, сидячая. Вся комната – целиковая кабинка из пластика. И пустой, как всегда, холодильник. За время поездки мы жили в трёх разных рёканах, так выглядят все, разница – в небольших нюансах.
Онсен – японская баня (я читал о них), часть японского образа жизни. Завтра утром мы уезжаем в следующую гостиницу, на знакомство с местным онсеном у меня меньше часа. В номере лежит халат, похожий на кимоно, и накидка без рукавов с высокими плечами – это юката. В ней принято ходить в онсен. Тут же небольшое полотенце. Переоделся, посмотрел на себя в зеркало и позвонил Чуенко:

– Сейчас к Вам зайду.

– Хорошо!

Вышел в коридор и по пути заглянул к детям показаться в наряде. Увидев меня, Катя сказала:

– Папа! Стой! Пойдём я тебя сфотаю.

А может, это я предложил?

И всё. Вспомнил о том, что я собирался к Чуенко похвастаться нарядом только за ужином и то при помощи Михайлыча. Позор! Амнезия!

Закончив фотосъёмку, я побежал вниз, на цокольный этаж, где расположен онсен. На входе автоматы с напитками, массажный стол с массажистом и две матерчатые двери – для девочек и мальчиков. Причём дверь-занавеска закрывает только верхнюю часть, ноги видны, не в пример некоторым туалетам: распашные дверки закрывают только нижнюю часть тела...
Захожу. Помню, читал, что японцы не очень любят пускать в онсены и рёканы европейцев, потому что незнанием они нарушают сложившиеся традиции, а объяснить им тяжело из-за языкового барьера. Стараюсь не наступать на грабли и, прежде чем что-то делать, смотрю на других. Ага! Для начала надо снять шлёпанцы и поставить их на полку. Потом взять на другой полке плетёную корзину с номером и сложить туда свою одежду. А раздеваться как – догола? Посмотрел – ходят голые, без трусов. Я повторил. Сдвижная дверь, за ней баня, я туда. Захожу, бассейн с термальной водой, в нём сидит японец с отрешённым взглядом. Слева – места для мытья, справа – деревянная сауна. За стеклом на улице ещё одна купель с термальной водой. И тут меня как бес попутал, вместо того, чтобы пойти помыться, я прямиком сажусь в термальный бассейн! Блин! В святое сапожищами в грязи! Дошло почти сразу, только было поздно. Сидевший в воде японец виду не подал: возможно, сознание его отъехало в тот момент в сторону. Я выскочил и побежал в раздевалку за полотенцем. Мне навстречу – японец. Протягивает мне маленькое полотенце и большое. Объясняет на английском, что сначала надо помыться. Я машу головой, да понял запоздало. Вдоль стены в помывочной 10–15 мест для мытья – маленькая пластиковая табуретка на каменном полу, тазик, душ со смесителем и зеркало на стене. На мгновение промелькнуло что-то в голове про общественную баню в детстве на Дальнем Востоке. Сажусь на табуретку и внимательно слежу за тем, что делает другой дядька. Берёт маленькое полотенце, смачивает его в тазике и намыливает как мочалку из одной из трёх пластиковых бутылок, стоящих перед ним. Повторяю за ним и смотрю на свои бутылки: на них надписи иероглифами. На помощь опять приходит мой новый знакомый: это шампунь, это жидкое мыло, это кондиционер. Я запомнил, чем отличаются последние иероглифы на шампуне и мыле, мне ещё это пригодилось потом. Душ они крепят на стене и направляют на себя, потом долго натираются мыльным полотенцем и не спеша смывают. Закончив, ополаскивают тазик, обтирают себя маленьким полотенцем, периодически выжимая, и идут в купель греться. Иду и я, мой знакомый за мной (ему явно хочется пообщаться или похвастаться своими знаниями английского языка).

А Вы откуда? Первый раз в Японии? А где уже были? А куда ещё собираетесь? О-о! У меня сын живёт в Киото. Второго апреля к нему поеду. Мы сюда в outlet приезжаем за дешёвой одеждой, заодно и в онсен погреться.

Вода – 42 градуса. В принципе, термальный спа с вывертами на японский манер. В журнале GEO за 2005 год я прочитал статью про онсены, которую написала немка-корреспондент. Там она пишет, что зимой в японских домах довольно холодно. Принцип у японца – зачем греть дом, когда можно нагреть себя. Вот и идёт он в онсен, нагревается – и домой под одеяло. Главное, добежать быстро, чтобы не остыл...

В раздевалке они вытираются так же тщательно, как и моются.

Отступление.

«Расёсеи – дезинф». Эту надпись я прочитал в своей напоминалке, которую сделал ещё во время пребывания в Японии. Дошёл до неё – и думаю, а что я этим хотел сказать? Потом пришло озарение – расчёски! Но, обратите внимание, всего несколько дней в Стране восходящего Солнца, а уже пишу на японском!

Длинный прилавок с общим зеркалом, фены, одноразовые бритвенные станки, стакан с чистыми расчёсками, стакан для грязных расчёсок. Подхожу к своей корзине за большим полотенцем, а там его нет! Знаете, только сейчас дошло, в тот момент, когда я пишу эти строки: его мне японец принёс. А я всё думал, кто у меня его взял, ошибся, что ли? Но вот шлёпок я своих на месте не обнаружил, а чужие наугад одевать побрезговал – пошёл в номер босиком.

japan_17.jpgПрихожу – звонит телефон. Элена из Токио. Простите, простите за шоу обезьян. Они в летний сезон работают каждый день до четырёх, а тут нас не предупредили... Мы Вам с извинениями – презент на ужин, а завтра с утра постараемся посетить шоу. Ладно!

Презентом оказалась розовая бутылочка саке. Сакура саке от Сакура тур!

Ужин в отеле при ресторане состоит из множества небольших блюд, ни одного из которых не помню. А вот вино с надписью на этикетке Fuji view hotel я запомнил хорошо, бутылку даже домой привёз. Свежее, фруктовое, похожее на шардоне, вполне приятное на вкус (напомнило мне Chateauneuf du pape в Красноярске в 2007-м, во время встречи с Хлопониным, только тс-с!) Впоследствии я пробовал другие японские вина – их вкусу присущи общие черты. После ужина Саша попросил чаю, нам предложили перейти в холл.

При заселении нам выдали drink ticket, по нему можно бесплатно попить чай в холле отеля, однако вечером напоят уже только за деньги, что мы и сделали перед сном.

 

31.03.10 День рождения Сэнсэя
 

Утром, до завтрака, отправился в онсен. Работают они с раннего утра до позднего вечера, с перерывом в середине дня. Здесь, в Fuji View, c 06-00 до 12-00 и c 16-00 до 00-00. Помывка прошла без приключений, я строго следил за собой.

Ещё вчера мы начали готовиться ко дню рождения Михайлыча, который получил здесь почётное звание Сэнсэя-Учителя. Вот и пригодилась купленная во время посещения рыбного рынка японская бумага, украшенная изображением плодов бамбука. Я попросил Вадима написать на японском «Дорогой Михайлыч-сэнсэй! Поздравляем с днём рождения!» Вместо туши раздобыли чёрный фломастер в гостинице. Катя дописала поздравление на русском, но шрифт подобрала в японском стиле. У Вадима узнали, как будет «с днём рождения!» по-японски, разучили и хором поздравили Сашу, когда он выходил из лифта на завтрак. На завтраке многолюдно, абсолютное большинство – японцы (возможно, все, кроме нас), есть европейская часть и японская: рыба, лапша, мисо суп, на пару приготовленные пельмени дим сам, хотя их японцы, похоже, переняли из китайской кухни. А горчица у японцев боевая! Глаза на лоб вылезают!

Выезжаем в Хаконе. Но! Нам ещё нужно заехать к обезьянам. Небо затянуто облаками, но дождя нет. В 10 мы вместе с другими зрителями, коих не так много, садимся в зале, специально предназначенном для шоу обезьян. Артисток – две. Одна побольше, другая поменьше. Обезьяну побольше дрессирует мужчина, поменьше – девушка. Первой выходит более крупная обезьянка. Умора! Стоит в полный рост, с широко расставленными ногами, расправив плечи, одета по-японски, а поза – как у гимнаста, только что выполнившего сложный акробатический трюк. Номера основаны на преодолении разных препятствий. japan_18.jpgСмешно выглядит, как обезьянка долго готовится к прыжку, бегом разгоняется, перед препятствием резко тормозит и... легко перепрыгивает через него. Или выстроена большая череда препятствий: звучит барабанная дробь, обезьянка разгоняется и... проползает под препятствиями. Дрессировщик говорит: «Следующий номер мы разучивали 6 лет». Голос из зала:

– А Вы говорили, что обезьяне 5 лет!

– А я уже забыл!

Мне понравился номер, когда маленькая обезьянка самостоятельно поднялась на высоченные (3 м – не меньше) ходули. Взяла палку в руки, упёрла в пол и пошла вдоль неё вперёд, скользя ладошкой по шесту – в результате ходуля плавно приняла вертикальное положение.

Выступление понравилось. И не только Жене, имениннику тоже. Я поглядывал за Сашиной реакцией – смеялся он искренне и в удовольствие. Пожали обезьянке на прощание лапу – и в путь.

Хаконэ – название, данное группе вулканических пиков, расположенных внутри необычно большого сложного вулкана. Затем часть его осела вниз, образовав кратер, схожий с бассейном, окруженный крутыми скалами. Хаконэ славится своими горячими источниками «Семь источников Хаконэ». Овакудани (Ущелье большого кипения) – единственное место в Хаконэ, где можно увидеть вулканическую активность. Даже сегодня место окутано клубами серных испарений. У Вас будет возможность попробовать на вкус яйцо, сваренное в природной горячей воде.

japan_19.jpgjapan_20.jpg

 

Мы обогнули Фудзи и оказались с противоположной его стороны. По дороге по моей просьбе заехали в винный магазин. Там я купил японского шампанского (игристого вина, конечно) и попросил пластиковых стаканчиков. Пока ехали вокруг горы, постепенно набежали облака – и над пиком появилась круглая шапка. Я уже видел святое кольцо над вершиной на фотографии в книге, которую мы купили вчера (гора притягивает!). Постепенно поднимаемся в гору, появляется снег, становится холоднее, погода портится, Фудзи скрывается от нас. Мы приехали на гейзерные источники Овакудани, но мужество добраться до них у нас не хватило: ветер прямо сносит с ног! С полдороги вернулись обратно. В павильоне кафе, где можно купить яйца, сваренные в термальной воде. От этого скорлупа становится угольного цвета. Взяли упаковку, ищем место для поедания, но вокруг всё завалено яичной скорлупой и народу много. Решили перейти в другое здание – там большой магазин сувениров и ресторан. А где шампанское выпить? Скоро обед, и оно тогда уже будет неактуальным. В результате, вместе с яйцами пошли на фуникулёр, который должен нас спустить к озеру Асиноко. Сели в кабинку, кроме нас – никого. Сэнсэй спрашивает:

– А сколько нам спускаться?

– 16 минут, – отвечает Вадим

– Так давайте здесь выпьем шампанское и закусим яйцами.

Всё-таки не зря Михайлыч носит имя мудрого Сэнсэя. Насколько гениально это предложение!

Шампанское с яйцами в Японии на фуникулёре... Уверен, День рождения Сэнсэя запомнится нам именно этим!
Несмотря на ветреную погоду, настроение отличное. А яйца – очень вкусные. Может быть, нам показалось, но Михайлыч-Грицай, которому Михайлыч-Сэнсэй привёз в подарок из Японии такие яйца, потом сказал мне, что они были необыкновенно вкусными. На выходе из cable car в окошке информации Вадим поинтересовался, где поблизости найти хороший рыбный ресторан. Японский язык до Киева... нет! до Окинавы доведёт! 200 м – и мы уже пришли. Над улицей висит дорожный знак – жёлтый ромб со стрелкой разворота. Всё бы ничего, только размером он раз в 10 больше обычного. Чтобы уж наверняка: мы же Вас japan_21.jpgпредупреждали во-о-от такой дубиной! Горячая саке, горячо любимая сэнсэем (простите за тавтологию), и целый набор блюд из рыбы – сырой, жареной, в кляре – плюс супчик, подогреваемый на спиртовой горелке, закрепили успех застолья в фуникулёре. Настроение отличное. Сидим перед окном с видом на озеро, за окном рыбаки, замотанные по самый нос, ловят с лодок рыбу.

В озере много рыбы: черный окунь, карась, малоротная корюшка, радужная форель. Это идеальное место для рыбалки.

Заприметил одного... Все сидят, а он одну за другой таскает. Так и в жизни: кто- то всю жизнь просидит, а кто-то...
Из магазина – на корабль. Два пиратских парусника – красный и зелёный – периодически отправляются в круиз по озеру. Мы поплыли на красном. Несмотря на непогоду, туристов много. Среди японцев есть и европейцы. Накрапывает дождь, все места внутри заняты, за стеклянной дверью в передней части корабля люди сидят свободно, но дверь закрыта. Там места пассажиров первого класса, надо доплачивать. Обойдёмся, лучше на палубу пойдём! Подступающие к озеру горы поросли деревьями, в дальней части озера прямо в воде стоят традиционные синтоистские ворота яркого красно-оранжевого цвета. Именно по ним мы определили фотографию на обложке GEO – величественная Фудзи отражается в озере, в котором стоят красные ворота.
Озеро есть, а Фудзи нет (скрылась в плотной облачности).

Высаживаемся на противоположной стороне озера. Здесь нас уже ждёт наш автобус. Едем наверх, в горы, по дороге заезжаем в океанариум и отпускаем машину. Я много раз был в океанариумах в разных странах мира. Этот запомнился мне байкальской нерпой, привезённой, конечно, с Байкала. Бочонки с ластами плавают по кругу под водой, иногда выныривая вдохнуть воздуха, при этом они иногда сталкиваются друг с другом, невнимательные... Через день я видел передачу по японскому ТВ, в которой показывали байкальскую нерпу отсюда. В гостиницу возвращаемся на двух такси. Такси в Японии – отдельная тема. Абсолютное большинство автомобилей такси составляют Toyota Crown и Nissan Cedric supercustom родом из конца 70-х. Рычаг автомата на руле, механические движки управления заслонок вентиляции, одометр колёсиками. На сидениях – белые чехлы с кружевами. Водитель, мужчина старше 60-ти, в костюме, галстуке и белых перчатках. Иногда – в марлевой повязке. За посадку надо заплатить минимальную сумму в 710 йен, в эту стоимость входит определённый километраж. В Токио и Киото видел ещё 640 и 520 йен, таксометры встречаются механические. В суперпередовой Японии, и такие милые архаичные такси!

japan_22.jpgjapan_23.jpg

Сегодня мы ночуем в рёкане Green Plaza. По внутреннему убранству комнаты – практически полная копия предыдущего. Этот рёкан не запомнился, в отличие от вчерашнего и того, в котором мы будем жить завтра. Онсен есть – я решил взять Женю. Времени, как всегда, в обрез, бегом, а такие процедуры надо принимать не спеша. По моей просьбе Жене принесли юкату небольшого размера и мы, как два японца, отправились в баню.

Нет смысла повторно описывать онсен: они очень похожи друг на друга.

Праздничный ужин заказан в ресторане при гостинице Hyatt. Вадим не поехал, но организовал для нас такси. Перед входом нас встречают, и мы долго идём по коридорам, спускаемся на лифте, опять идём по коридорам, наконец приходим в ресторан, который разделён на отдельные комнаты. Как обычно, сняли обувь и сели на коленях на татами. Меню ужина разработано заранее и сейчас лежит перед нами. Много блюд – они не откладываются в моей памяти, но вино было хорошим, пожалуй, даже лучше, чем вчера, но именно в той же вкусовой традиции. А вечер запомнился такой историей. Перед 3-ей или 4-ой подачей официант приносит на стол тарелку с шевелящимися на раковине морскими гадами. Сэнсэй мудро заметил, мол, сейчас будем есть живьём! По рядам пробежал боязливый шорох. И, пока остальные трусливо искали пути отступления, Сэнсэй решительно двинулся вперёд:

japan_25.jpg– Так! Ну что, начинаем! – и, взяв раковину в руки, попытался оторвать от неё корчащуюся в предсмертных конвульсиях живую массу. Над столом пронёсся сдавленный крик присутствующих. И в этот критический момент открылась дверь, и появился официант.

– Простите, а как эту штуку оторвать от раковины?

– Никак. Я принёс Вам показать, какие они свежие, что даже шевелятся. Сейчас унесу – и мы приготовим из них Вам суп!
Комментарии излишни.

А суп – ничего, вкус у этой штуковины похож на кальмара.

Вернулись в гостиницу, ещё не поздно – часов 10–11. Никого нет, все спят. Надо бы полирнуть, а негде (нет бара в гостинице). Тогда на татами – и спать.

 

 

01.04.10 Киото. Ужин с гейшей

Распахиваю штору – за окном дождь, всё затянуто облаками и туманом, видимость минимальная. Только сейчас я понял, как нам позавчера повезло с Фудзи! С утра – в онсен. Вадим говорит, что у японцев есть поговорка наподобие нашей «с утра выпил – весь день свободен». Только у них про онсен, в смысле расслабился поутру и забил на весь день...

Завтрак хорош: кроме традиционного набора японских блюд, есть сашими из тунца. Сразу после завтрака выезжаем в Киото. Едем так: на такси полчаса до автобусной станции, на автобусе час до железнодорожной станции в Атами, и на синкансене почти 3 часа с пересадкой до Киото.

Автобус подошёл буквально через 2 минуты после того, как мы вышли из такси, так что мокнуть под дождём нам не пришлось. Автобус тоже из прошлого: сидения-диваны, хромированные трубы и кожаные петли, чтобы держаться стоячим пассажирам, табло – железный ящик с лампочками, которые подсвечивают стоимость проезда от одной остановки до другой. Водитель, конечно, в фуражке и в форме, чемоданы закинули в салон на сидения, заняв всю его заднюю часть (багажных отсеков нет). Сначала едем одни, постепенно на остановках подсаживаются ещё люди, но немного.

Сижу в автобусе и размышляю. Не такой я ожидал увидеть Японию: виадуки Токио не поражают, гостиница похожа на советский санаторий 70-х годов, архаичные такси и автобус...

И это нация, которая возглавляет научно-технический прогресс на земле?

Спускаемся с горы в город Атами на океанском побережье, выходим на конечной остановке у вокзала. До отправления поезда 40 минут, сели попить в кофе с булочками в станционном кафе, мимо прошёл мужчина в кимоно. Вадим говорит, что кимоно носят, в основном, те, кто работает с туристами, в национальных ремёслах (тоже для туристов) или по случаю торжества. Надеть просто так кимоно требует мужества, всё равно, что в Москве выйти на улицу в лаптях и косоворотке.

Пути отделены от платформы металлической оградой с калитками, напротив которых останавливаются вагоны. Номера вагонов указаны на платформе, поэтому Вы можете заранее сориентироваться и занять место у входа в ваш вагон. Что мы и сделали. Синкансены бывают разными. Самый современный имеет обозначение N700 и отличается носом, похожим на утиный из Диснеевского мультика. Что удивительно, в этом современном поезде нет места для багажа. В конце вагона, за последними сидениями, есть узкая щель, но этого не хватает даже для нашего. Составили с Сашей как могли и прошли на свои места. Через некоторое время подходит мужчина: там Ваши чемоданы катаются по вагону. И правда, а, с учётом массы некоторых из них, с ног сбить запросто могут. Кое-как пристроили, четырёхколёсные прижали двухколёсными, которые хоть как-то фиксируются на полу. Но странно: хоть основная часть пассажиров едет без багажа, умные японцы не предусмотрели в поезде места для габаритной поклажи! Зато с туалетами всё в порядке: их несколько в общем отделении на два соседних вагона, включая мужской стоячий для малой нужды, с дверьми по пояс. А межвагонные двери открываются автоматически по мере приближения к ним – очень удобно, когда руки заняты. Проблем с напитками никаких, тележку возят исправно.

Пришло время рассказать о Вадиме. Высокий, худощавый, стрижка ёжиком. Сам из Хабаровска (земляк!), в Японии живёт 4 года. Выиграл грант японского правительства, изучает в университете японскую литературу и надеется остаться и работать преподавателем на кафедре в университете, продолжая заниматься научной деятельностью. Занимается айкидо, не пьёт, не курит, женился в прошлом году на соотечественнице-студентке. Очень эрудирован, а его знание японского Алексей, наш следующий гид, оценил так: «Когда Вадим говорит с японцем по телефону, тот принимает его за своего. Он говорит без акцента».

Света спрашивает:

– Вадим! А Вы могли бы остаться с нами по возвращении в Токио, где мы должны опять встретиться с Петром?

– Не знаю, надо спросить в турфирме.

Набрал номер и вышел в тамбур, возвращается с трубкой и протягивает её мне – «Поговорите, пожалуйста, с Эленой»

Я объяснил, что нам нравится этот гид, Элена сказала, что сейчас менять что-либо сложно, уже заплачен аванс другому гиду.

japan_27.jpgХорошо, как будет – так и будет. На мой взгляд, к концу путешествия мы можем устать от излишней информации и академизма. За окном по-прежнему одна сплошная застройка. Проезжаем провинцию Сидзуоку, знаменитую своим зелёным чаем. Видели бы Вы эти плантации! Клочок земли треугольником на склоне между домами размером в комнату! Нет места, кончилось! Легко представить, что такое перенаселённая земля будущего! Хм! Только что рассусоливал об анахронизмах прошлого – и вот тебе картина фатального будущего. Застройка начинает из двухэтажной превращаться в многоэтажную (не прерываясь!) – подъезжаем к городу Нагоя. Здесь пересаживаемся на другой синкансен (не переходя с платформы) – и по прямой в Киото.

На вокзале нас встречает Алексей, наш новый гид. Симпатичный молодой человек, Вадим с Алексеем знакомы и поддерживают приятельские отношения. Чемоданы положили в машину с табличкой Alexander Fokichev, а сами пошли осматривать здание вокзала. Вокзал новый, огромный свод стеклянного потолка, лестницы и эскалаторы под открытым небом – смотрится неплохо, но, по-моему, непрактично, под потолком стеклянный переход – галерея, откуда можно осматривать город. Город внешне заметно отличается от Токио: нет многоэтажных домов, на переднем плане – телебашня (говорят, после постройки долго вызывала раздражение у горожан, но сейчас ничего, привыкли). На выходе из вокзала длинная шеренга из цветочных букетов: ресторан открылся, по традиции знакомые и коллеги дарят цветы или деньги, на которые владельцы сами покупают цветы и выставляют перед входом. japan_26.jpgПохоже, они хвастаются, у кого цветов больше. Позже я видел ещё один ресторан, там было заметно меньше.

Отправляемся в храм.

Храм Киёмидзу – один из старейших храмов в Киото, его возведение датируется 8 веком. Храм известен уникальным архитектурным стилем. Его главный зал стоит на скале, а с деревянной площадки перед ним открывается панорамный вид на Киото.

Подъехать к храму невозможно. Несмотря на мелкий дождь всё забито толпой народа. К храму ведёт узкая улица, с обеих сторон заполненная магазинами и кафе. По совету Алексея (Вадим по дороге вышел из машины, обещав с нами ещё увидеться) заходим в один из сувенирных магазинов, в котором продаётся много авторской керамики, посвящённой, в основном, чайной церемонии. Света приглядела для себя чайный сервиз и обещала за ним вернуться на обратном пути.

japan_28.jpgХрам расположен на холме и представляет собой комплекс построек 17 века в традиционном стиле. Главное – сакура! Она распустилась полностью. Деревья буквально усыпаны крупными бледно-розовыми цветами. На фоне тёмных крыш и дождливой погоды сакура привносит ощущение света и праздника. Среди толп туристов большинство – японцы, европейцев не так много. Алексей рассказывает, что 80% туристов в Японии – сами японцы. Туристическая индустрия хорошо развита, но ориентируется, прежде всего, на своих. Активно эксплуатируется интерес японцев к своему историческому прошлому, часто организуются экскурсии по местам боевой славы какого-нибудь воинственного генерала: где он жил, что он ел...

По инициативе Светы в храм заходить не стали. А вот Михайлыч прошёл с закрытыми глазами до истукана: по легенде, прошедший этот путь и нашедший статую, укрепит старую любовь. Везде в храмах можно написать на дощечке пожелания и поставить перед входом в храм или купить уже готовую табличку. Обещанный вид на город есть, но особой контрастностью из-за погоды не отличается. Алексей показал нам статую Канон (богини милосердия, точнее не богини, а бохтисавы – просветлённого создания, близкого к божеству, то есть к Будде), в честь которой, по преданию, названа компания, производящая фототехнику, – Cannon. Говорят, хозяин компании решил назвать ее в честь богини, но, чтобы его не обвинили в богохульстве, в название компании добавил вторую букву N.

Света сдержала обещание и купила сервиз. И не один, а два. Мы ограничились маленьким чайничком для соевого соуса. У нас по программе был ещё один храм, но мы в него не успеваем. Решили пройтись по улицам старого города к ресторану, где у нас сегодня запланирован ужин с гейшей. Спускаемся по узким улочкам, состоящим сплошь из сувенирных магазинов. Такой концентрации разнообразных сувениров я до сих пор не видел. Соблазнов много – главное помнить, куда это всё девать по приезду. У Алексея есть такая манера – задавать вопросы и отвечать на них:

– Смотрите! А для чего перед домом стоят бутылки с водой? Чтобы отпугивать бликами кошек.

– Видите значок с маленькой стрелкой на асфальте. Что это значит? – И сам отвечает, – Это межевые метки. Если их соединить между собой, то по одну сторону воображаемой линии будет частная территория, а по другую – принадлежащая городу.

– А для чего вот эта выгородка из бамбука, закрывающая фундамент дома? Для того чтобы собаки не писали.

– А соль при входе для чего? Чтобы клиентов привлечь.

На улице дежурят рикши. По словам Алексея, за 8 000 йен дядька будет катать Вас в повозке 20 минут, но мы не рвёмся. Навстречу попалась стайка молодых японок в кимоно. «Это туристы», – говорит Алексей. На наш недоумённый взгляд отвечает: «Для молодых японцев это уже экзотика. Их облачают в кимоно в древнем японском городе, чтобы они могли проникнуться духом старых японских традиций...»

Перед нами небольшое двухэтажное здание с надписью Love Hotel. Специально для влюблённых парочек. Заходишь внутрь (а мы зашли из любопытства), в холле никого, чтобы не смущать посетителей. На стене светятся фотографии каждой комнаты, они непохожи друг на друга. Если фотография уже не светится, значит, комната сейчас занята. Выбираешь понравившуюся, платишь деньги в автомат, и он тебе выдаёт ключи – на часик, два или больше.

Но вот мы добрались до ресторана, где у нас запланирован ужин с гейшей. Обувь перед входом надо снять. Света доходчиво объяснила, сколько стоят её кроссовки и что будет, если она их не обнаружит при выходе. Кроссовки были сохранены отдельно, в особо привилегированном месте. Поднимаемся на второй этаж, отдельная комната – татами и стол. Интерьеры ресторанов в Японии не отличаются особым разнообразием. Если это отдельные комнаты, бежевый цвет обоев, расшитых бруском из светлых пород дерева – и всё! У меня почему-то возникает ассоциация с простоватой советской эстетикой 70-х, нет в дереве той изысканности обработки, которая есть у итальянцев.

Гейша на японском – гейко. А у нас будет майко – ученица, которая учится, чтобы стать гейшей. Заходим – она уже сидит, ждёт нас. Невысокая, совсем молоденькая, зовут Кацуя – 19 лет, с 15-ти учится стать гейшей, осталось учиться чуть больше года. Кацуя одета в традиционное кимоно, лицо покрыто белилами, а глаза подведены красным (сочетание белого и красного японцы считают очень красивым). Нижняя губа красная, а верхняя покрыта белилами – знак того, что она пока ещё майко – ученица.
По этикету гейша должна развлекать гостей беседами, пением, играми и танцем. Только в нашем случае у меня сложилось впечатление, что мы развлекали её своими вопросами.

– Почему ты хочешь стать гейшей?

– Хочу научиться традициям и состояться как женщина.

– А может быть, ты хочешь найти спутника жизни?

– Да, хотя это не главное.

– Как живут майко?

– Мы живём в пансионе, мобильника у меня нет, весь день занят учёбой, а вечером я работаю, после Вас у меня ещё одна работа.

– Сколько ты зарабатываешь?

– Нисколько. Только чаевые от постоянных клиентов.

– Чему Вас учат?

– Манеры, танец, игра на семисене, пение. А ещё я научилась готовить спагетти, мисо суп и котлеты.

– У Вас есть преподаватели-мужчины?

– По некоторым предметам – да.

– В Россию хочешь поехать? Или Вам нельзя?

– Если постоянный клиент возьмёт с собой в путешествие, то можно. Можно даже показаться на публике в обычной одежде. Позовут – и в Россию поеду. Только у Вас страна очень большая (помните, мы уже слышали такое высказывание, и ещё услышим).

– А ты можешь встречаться с парнем?

– Да, никто не запрещает. Но ему вряд ли понравится: я вечно занята, на него у меня просто не будет времени.

– А у тебя есть парень?

– Нет.

Кацуя в свою очередь спрашивает у Кати:

– А у тебя есть?

– Нет.

– А кем Вам приходится вот эта девушка? – следующий вопрос Кацуя адресует уже Саше, кивая в сторону Светланы.

– Дочерью.

– Ты знаешь, что такое любовь?

– Нет. Я ещё не испытывала это чувство.

japan_29.jpgСветлана с Таней потом заметили: Кацуя заметно больший интерес проявляла к нам – мужчинам, особо при этом выделяя Сашу. Михайлыч увлёкся самостоятельно придуманной игрой в вопросы о любви и взаимоотношениях мужчин и женщин, под конец произнёс монолог на тему, что такое любовь, о том, что они со Светланой уже 30 лет вместе, и какое это прекрасное чувство.

Получилось красиво, убедительно и проникновенно, и я бы всплакнул, но огрубелость души не позволила мне это сделать.

japan_30.jpg

За разговором нам постоянно приносят разной еды, которую я, как обычно, быстро забыл – запомнилось только несколько разных видов тофу. Впрочем, нам с Таней тофу не понравился.

Гейше нельзя кушать с клиентом, но можно попить или выпить. Наша, по причине молодости, пьёт чай. Однако я читал, что профессиональная болезнь гейш – алкоголизм. Конечно: есть нельзя 4 часа подряд, вот и приходится надираться...

В обязанности гейши также входит следить за содержимым рюмки у мужчины и подливать ему напиток. Мужчина при этом должен взять рюмку двумя руками и поднять над столом.

Эту часть церемонии я повторил неоднократно...

Пришёл черед танцу – Кацуя включила магнитофон и под грустную песню исполнила наполненный смыслом в каждом движении танец.

У нас ещё остаётся время. – Может, в игру поиграем? – спрашивает Кацуя.

Еники-беники ели вареники. Участники игры садятся друг напротив друга. Конечно, это были Кацуя и Саша (только бы Света не прочитала, а то, боюсь, будет ревновать). Михайлыч вообще весь вечер на высоте, дискуссия не утихает ни на секунду – повторюсь, у меня сложилось впечатление, что это мы развлекаем гейшу, а не наоборот. Под считалочку надо хлопать ладошкой по перевёрнутой чашке, лежащей на столе. Если один участник поднимет чашку, то надо стукнуть по столу сжатым кулаком. Постепенно ускоряясь, надо следить, когда выпадет сжимать кулак и не сбиться. Дольше всех продержался Сэнсэй. Остальные участники – Катя и я – быстро ошиблись и проиграли.

japan_31.jpgПосле того, как майко ушла, пожилая японка, которая приносила нам еду и сейчас убирала посуду, сказала:

– Вам нужна была опытная гейша, а не майко, эрудированная и образованная. Она могла бы составить Вам компанию. Майко выбирают за внешность, а гейко – за умение вести беседу.

Тогда уже надо было идти на встречу мужским коллективом, а ещё лучше – отправить Михайлыча налаживать российско-японский диалог.

Только 1) кто же его пустит? 2) как ещё узнать о такой традиции?

Интересно! Узнали ещё одну черту японцев.

Главная задача гейши – дать возможность мужчине почувствовать себя мужчиной, подчеркнуть его значимость в собственных глазах.

А главный вопрос, который всех интересует о жизни гейши, – спят или не спят они со своими клиентами?

Алексей отвечает: «Спят. Только не с кем попало, а с постоянными клиентами, с которыми регулярно встречаются многие годы. И обязательно про Гоголя поговорят перед этим... ну или там про Мураками...»

После ресторана пошли прогуляться по центральным улочкам Киото. Несмотря на поздний час, народу на улице много. Сакура прекрасна и ночью. Чтобы её лицезреть, прямо на деревьях временно укрепляют лампочки-подсветки. Между домами неширокий канал: по одному берегу цветёт сакура, по другому стоят ивы и небольшая дорожка для прогулок. В невысоких традиционных домах – рестораны и бары. Очень красивое место. Переходим через речку и за первым же домом сворачиваем направо: вдоль реки, но спрятанная за домами, идёт полукилометровая узкая пешеходная улица (шириной 2–3 метра), по обеим сторонам которой сосредоточена масса увеселительных заведений. Ночные клубы, рестораны, магазины сувениров, бары – водка-бар насакиси с вывеской на русском языке, например. В одной из лавок были замечены зайцы. Керамические. Может, именно о них мечтал А.М. Грицай, передавая напутствие Михайлычу: «О зайцах не забудь!»

japan_32.jpgНе забыл! – отправился в Москву ушастый.

В отель едем на такси. Водитель попался разговорчивый, родом из Нагасаки. Мы ещё к нему вернёмся...

В отеле темно: все уже спят. Мы с Сашей решили выпить по стаканчику пива. Но бара, конечно, в рёкане нет. По дороге я заметил поздно работающий магазин, мы отправились туда вместе с Алексеем. Алексей обратил наше внимание вот на что: есть пиво, и оно довольно дорого стоит благодаря налогам, и есть напиток, похожий на пиво, но не пиво (сварен немного по-другому) – значительно дешевле. Такой способ уйти от выплаты налога. На кассе можно расплатиться мобильником: пробил продавец чек, вывел «итого», покупатель приложил мобильник к считывающему терминалу – и всё, пошёл домой. Всё-таки есть небольшие фрагменты будущего даже в традиционной Японии!

В гостинице присели с Сашей за большой стол при входе, дежурный нашёл нам стаканы и, наконец, мы утолили жажду.
Наш рёкан называется Izumiya. Так же зовут японскую жену Алексея. Мы её не видели, но на вопрос Светланы Вадим ответил: «Да, ничего так, только уж больно худенькая».

Пожалуй, это самая японская гостиница из тех, в которых мы останавливались. Задумчивый лифт, номер Чуенко прямо висит над ресепшн, примостившись у лифта. Уже привычный своей пустотой номер, но с изюминкой (вот, наверное, откуда название – Izumiya), у детей в номере красивая композиция из живых цветов – икебана, у нас – свежие фрукты в корзине.

Уже ночью борюсь с адаптером, который не удаётся снять с вилки компьютерного блока питания. После долгой борьбы неимоверным усилием отковыриваю его, чтобы зарядить аккумулятор видеокамеры. Силы иссякли – пора спать!

 

02.04.10 Завтрак в Киото
 

А встал всё равно рано. И – в онсен. Надел, как положено, юкату, шлёпки специальные – и пошёл. По дороге зашёл к Жене: – Пойдёшь? – Нет! Ладно! Один пойду. Выхожу обратно в коридор – шлёпанец валяется. Странно! Только что здесь был, ничего не валялось! Спускаюсь на лифте в подвальный этаж: всё похоже на предыдущие онсены, но немного проще. Кроме меня – никого. Обряд входит в привычку.

Несмотря на отсутствие контроля, я последовательно совершаю необходимые процедуры, раздеваюсь и иду мыться. Сначала мою себя, потом захожу в горячую купель. Наверное, здесь не термальная, а обычная вода. Неважно. После принятия ванны направляюсь обратно в переодевалку. Странно! Передо мной стоит три шлёпанца! Никого не было, а я пришёл в двух!

Думаю... Помниться, ещё в номере я выбрал эти шлёпки потому, что они были выше других. М-м-м... я вышел из номера в 4-х шлёпках – по две на ногу! Вот откуда шлёпка в коридоре у номера! Развеселился над собой. Перед зеркалом лежат одноразовые бритвенные станки с кремом для лица – надо побриться! Закончил бритьё, истекая кровью сразу в нескольких местах.

Прямо за нашим окном на другой стороне улицы большой синтоистский монастырь. Так близко, но мы в нём побывать не смогли: не было времени.

japan_33.jpgЗавтрак – на 5-ом этаже. Перед входом в комнату надо снять тапочки. Захожу – от удивления издал возглас «Мама дорогая!» На татами стоит низкий японский стол, накрытый на нас шестерых. Весь уставлен чёрными лаковыми коробочками и тарелочками с яствами. У каждого по центру домик с разными закусками внутри, на спиртовых горелках греется мисо суп с ракушками, в кипящей воде варятся тофу, рис, рыба, солёности и Будда знает что ещё! Ничего подобного я в своей жизни на завтрак не видел! За нами постоянно ухаживают японки в кимоно (следят за огнём, подкладывают рис, подают соусы). Всё это на фоне яркого света из окон, за которыми открывается панорама храма. Завтрак, который задаёт настрой на весь день. Мы – внутри японских традиций.

На выходе нас встречает Вадим. Как я понял, у них сегодня кроме нас ещё одна группа, и они решили между собой, кто какую поведёт. Мы не в обиде, оба – интересные рассказчики.

Направляемся в храм, который не успели посмотреть вчера.

Синтоистский храм Хейан. Самый новый синтоистский храм в Киото. Хейан – означает «мир и спокойствие» – древнее название Киото.

Храм, который построил император Мэйдзи в честь своего отца в 1866 году (и через два года перенёс столицу из Киото в Токио). Постройки храма очень ярких тонов. У нас цвета-антиподы – черный и белый, а у них – красный и белый. Хотя этот скорее оранжевый. Выглядит ярко и празднично, несмотря на мелкий дождь и облачность. Пожалуй, на фоне серого неба по-особому нарядно, аналогия почему-то приходит: как если на лыжном склоне надеть оранжевые очки в мглистую погоду. Под ногами шуршит гравий, по-моему, для того, чтобы услышать, как подкрадываются враги. В храме идёт праздничная церемония: жених с невестой, вокруг них японки в кимоно совершают неведомый обряд. Начал снимать на видео, тут же услышал окрик «Нельзя!» – конечно, это был дядька в фуражке и в форме...

Вадим говорит, что японцы часто участвуют в религиозных обрядах и церемониях различных вероисповеданий, не особенно вникая в их смысл. Например, свадьба может проходить в синтоистском храме, похороны – в буддистском (там они эффектней получаются), а поблагодарить за хорошую должность – в христианском?!

japan_34.jpgЭтот храм – синтоистский. Синтоизм: человек часть природы, уходя, сливается с вселенной, т.е. тоже становится богом.
Постепенно небо светлеет, мы едем на чайную церемонию. Ещё по пути туда я заметил парк, полный народа и весь в цветущей сакуре, попросил остановиться на обратном пути, но вход заставлен туристическими автобусами, не думайте, что с гайдзинами, то бишь с нами, – нет! с японцами, которые приехали поглазеть, поэтому пришлось пропустить, да из графика боялись выбиться. На неприметной улице останавливаемся перед неприметным домом (внешнее, да и внутреннее, убранство японских домов сделано по принципу «простота и незатейливость»). Где Вы были, мастера итальянского Возрождения?! Как всегда, сняли обувь перед входом. Светлана вооружилась белыми носками, и эта процедура для неё теперь нипочём.

Дом является культурным наследием и охраняется государством. Внутри прохладно, японка в кимоно (конечно!) ведёт нас на короткую экскурсию по дому. За большой комнатой при входе располагается внутренний сад. Небольшой, размером с обычную комнату. По стеблю бамбука медленно течёт тонкий ручеёк, капли падают в колодец и на безупречной глади воды постоянно возникают новые расходящиеся кольца от падающих капель. Каменный фонарь, маленькое вечнозелёное дерево причудливо изогнутой формы – вот и всё, что можно увидеть в саду. Идём дальше по коридору, заглядывая в комнаты. Стены дома тонкие, каркасные; заполнение – по бамбуковой арматуре смесью глины с опилками. Достаточно много стекла – зимой здесь должно быть очень холодно. Интерьеры – простые сочетания дерева на стенах, на полу – татами, практически полностью отсутствует мебель, за исключением большой комнаты – гостевой: стол с драконами, старинный комод и шкаф. Все они датируются 19-ым и началом 20-го века. По узкой лестнице поднимаемся наjapan_35.jpg второй этаж, здесь находится комната для чайных церемоний. Нас рассаживают по периметру помещения на красные коврики, центр устлан татами, как всегда, а у окна расположились инструменты: коробочка для чая, горшок с водой, чайник, чаши-пиалы, черпак, ложка для чая, венчик. На столе перед нами салфетка с маленькими сладостями, которые следует употребить загодя. Чтобы ярче почувствовать аромат чая. Церемонию японки ведут вдвоём, к нам подсаживают чернокожего туриста, по-моему, из Австралии. Сначала мерной ложкой одна из японок отмерила порцию чая (в Японии он только зелёный) и насыпала в пиалу, черпаком зачерпнула из горшка с водой, которая подогревается на спиртовой горелке, и добавила к чайному порошку (листья зелёного чая перемалываются предварительно в порошок), потом аккуратно взбила венчиком – чай готов! Повернулась к Вам, поклонилась, подала чашку. Вы взяли двумя руками, поклонились ей, два раза в руках повернули пиалу на 90 градусов, поднесли ко рту и выпили за три глотка, потом вытерли салфеткой край, через который пили и поставили на стол. Совершенно необычный вкус у чая, как будто воздушные взбитые сливки. Вкус мне понравился, церемония – ожидал большего.

japan_36.jpgЕдем в Kinkaku-ji – Золотой павильон.

Кинкакудзи... это место считается одним из популярнейших среди туристов, которые посещают Киото. Элегантный храм, расположенный на берегу большого озера.

В парке, как и везде в это время, толпы людей. Храм действительно золотой, построили его в соответствие с представлением о том, каким должен быть рай. Перед храмом озеро, вода в озере зеленоватая, но отражение красивое. Кроме того в воде находятся камни-островки, и деревья-островки. Вокруг озера в зеленеющие деревья вплетаются цветущие сакуры. Сегодня я, наконец, взял с собой штатив, подозревая, что он в полном безделье может проехать ещё одну страну. В первый раз я его использовал на чайной церемонии. И пришёл в восторг от того, насколько качественнее картинка, когда камера не дрожит в руках! После этого я весь день практически не снимал камеру со штатива – так и таскал треногу за собой. А у одного японца углядел рюкзак со специальным наружным карманом для штатива. Вот бы мне такой найти!

Пока носил видеокамеру, не снимая с треноги, попробовал снимать так: беру штатив за нижнюю часть стойки и поднимаю камеру высоко над головой, на глаз определяя направление съёмки. Получается необычный ракурс: камера как будто летит над людьми – этакий ручной съёмочный кран! Увлёкся я этим развлечением, за что скоро получил замечание от Кати: «Что ты всё снимаешь и снимаешь сверху! Неинтересно уже!»

Под впечатлением от недавней чайной церемонии в сувенирной лавке, расположенной в саду, были закуплены порошковый зелёный чай, маленькая деревянная мерная ложка из бамбука и венчик для взбивания. Тут бы мне ещё миску, в которой чай взбивают, купить - так нет, отложил на потом, так и вернулся в Москву без неё...

Кате безумно (её выражение) понравились японские сладости из рисовой муки; уже отошли от магазинчика, вокруг которого с лотков продаются тут же приготовленные сладости, Катя мечтательно: «Такие красивые! И вкусные, наверное!». Я решительно повернул: «Пойдём, купишь!». Так, на родину мы вернулись с коробками сладкого, но без пиалы для чая. И почему я её не купил?..

Ryoanji – Рёандзи. Этот храм известен своим садом – ровная поверхность из белого песка, и на ней 15 камней. Понять japan_37.jpgвеликолепие этого места можно лишь при полном умиротворении и отрешении от проблем насущных.

Потому я ничего и не понял. Простите. Даже какой-то комплекс неполноценности. Особенно усугубился он, когда я вернулся на родину, и Юля посоветовала прочитать в нашем «Все новости света» впечатления Жени Марченко от посещения сада камней.

«Именно здесь... да, именно здесь, находясь в «саду камней», видишь, как бы сверху, с позиции божества, что всё, на первый взгляд, разбросанное в хаосе и беспорядке, в действительности окутано полным упорядоченным движением мысли, силы и созидающей энергии. Если смотришь на камни, то отдельно каждый – монолит, вместе все камни – беспорядок в построении; и песок, уложенный граблями, – конкретно направленная в своём стремлении/движении сила/мысль, объединяющая всю композицию. Камни – вселенные/галактики. Песок – энергия высшего сознания, невидимая нам, но чувствуемая нами».

У меня же в голове осталось только то, что Вадим сказал: ни с какой точки нельзя увидеть все 15 камней, всегда только 14. Это раз.

Стоит около меня пожилой японец и увлечённо снимает на старую механическую камеру. А объектив у него закрыт крышкой. Я ему показал – он долго меня благодарил. Это два.

Обходим павильон по деревянному трапу, а вокруг рабочие ковыряются в саду, один из них поправляет философский колодец с чистой водой. Это три.

Всё по саду камней.

На обед возвращаемся в старую часть города, в начало узкой улицы, по которой гуляли вчера вечером. В первом же доме садимся в ресторане на втором этаже, окна которого выходят на реку и мост с оживлённым движением. Здесь готовят сябу-сябу – «буль-буль» в переводе на русский. На столе на газовой горелке стоит чугунок с кипящим бульоном из листьев бамбука. Через некоторое время нам приносят большие тарелки с тонко нарезанным замороженным мясом с мелкими белыми прожилками – мраморной говядиной – и соусы перед каждым. Кидаешь кусочек мяса в бульон – меньше чем через минуту он уже готов. Вытаскиваешь его – в соус – и в рот! Просто, но остановиться невозможно! Потому что вкусно! Осилив пару внушительного размера тарелок, заказали ещё – это жадность обычная! Как у собаки, которой сколько поставь еды перед ней – столько съест, пока не свалится замертво. А когда кончилось мясо, в дело пошла жижечка – бульон, то есть исключительно наваристая по причине большого количества мяса, в нём сваренного, жидкость.
japan_38.jpgС мясом и жижечкой внутри, медленно передвигая ножки, мы отправились в расположенный неподалёку универмаг Tamashimaya для покупки керамических ножей, разрекламированных семейством Чуенко. Андрей Чуенко был в Японии зимой и привёз родителям в подарок керамический нож, от которого они в восторге: остроты исключительной. Только через некоторое время он тупится, надо бы найти ножеточку и расширить коллекцию ножами разного размера. Нашли. Фирма – производитель называется Kyocera. Стоят в размере 80–100 долларов.

Я взял один побольше, с лезвием молочно-белого цвета, второй поменьше, с чёрным лезвием. Ножеточка оказалась одна и справедливо досталась Михайлычу. Забегая вперёд, скажу, что молочно-белый прожил необычайно короткую, но яркую жизнь: несколько частей его отлетело от лезвия, когда оно встретилось с позвоночником муксуна, которого Алексей Богер превращал в сугудай. «Надо же! Как по маслу в замороженную тушку входит!» – только и успел с восхищением сказать Лёха...

Тут же в магазине Вам могут вернуть НДС, около 5%. В специальном киоске надо предъявить паспорт, девушки заполняют формуляр, половину которого степлером прикрепляют к паспорту, и здесь же выплачивают полагающуюся вам сумму. Первый раз в моей практике!

Пешком направляемся в парк, где много цветущей сакуры. На входе павильоны в сочетании белого и ярко-красного цветов, внутри масса киосков с едой на фоне пагод. Парк действительно весь покрыт цветущей сакурой, а всё пространство под ними покрыто синими циновками, приготовленными для завтрашнего нашествия. В одном месте площадки для сидения подняты над землёй, закрыты красными татами, а по центру невысокие столики. Уверен, эти места сдаются в аренду. Завтра мы ещё увидим, во что выливается всенародная японская любовь к цветению сакуры.

В центре парка самая старая сакура в городе. Очень раскидистая, с большим чёрным скрюченным стволом. На выходе из парка высокая башня-пагода с журавлём на крыше, чуть дальше из-за ограды видна весьма внушительная статуя Будды из мрамора.

Идём по городу, Женя продолжает кашлять сухим и резким кашлем. Недолгим избавлением служат горячие напитки в жестяных банках, которые продаются в натыканных на каждом шагу автоматах. Автоматы по продаже напитков повсюду в Японии – на улицах, в гостиницах, на остановках общественного транспорта. Среди них: много видов зелёного чая, кофейные напитки, соки, энергетические напитки, вода, а в некоторых и пиво. Синим ценником помечены холодные, а красным – горячие. Ещё одно отличие японцев от других: не видел я в других странах автоматы с горячими напитками в жестяных банках.

К 7 часам вечера возвращаемся в Гион, у нас куплены билеты на шоу в национальном стиле. В районе 5 часов вечера был запланирован ужин в гостинице, но мы уже не успевали на него и решили не возвращаться в отель, а поужинать в городе после шоу. А жаль! То, как нам приготовили завтрак в рёкане, подсказывает, что ужин мог быть удивительным и загадочным...

На подходе к зданию театра, на самой шумной и оживлённой улице района, я случайно разглядел Кацую, с которой мы вчера провели ужин. Она торопливо пробежала мимо, не обратив на нас внимания (видать, торопилась на очередную трапезу «ужин с гейшей»)...

japan_39.jpgШоу – хрень! Так получилось, что это для меня – третье национальное шоу с начала года. Первое было в Янгоне, второе – в Бангкоке и, наконец, здесь, в Киото. Так сказать, есть с чем сравнивать. Зал небольшой, полностью занят туристами, с задних рядов видно плохо. Каждый турист норовит снимать на фото и видео, над головами – лес камер. Я на этом фоне выгодно отличаюсь: в конце зала посреди прохода поставил свой штатив, установил камеру и стал собирать завистливые взгляды (что там их прыгающие кадры на трясущейся руке)!

В начале показали отрывок чайной церемонии, оркестр древних инструментов, танец гейш (в сопровождении именно той грустной песни, под которую вчера танцевала наша майко), составление икебаны, игра на семисене, сюжет о двух японцах, охраняющих склад с саке, фрагмент постановки кукольного театра. В принципе, всё познавательно и могло бы быть интересно, если бы не шум, неудобство и мельтешение видеокамер, мобильников и фотоаппаратов.

После представления отправились в ресторан, к нам обещал присоединиться Алексей. Возвращаемся на ту же улицу, где мы гуляли вчера вечером и ели в обед сябу-сябу. Пройдя ещё немного вглубь улицы, мы нашли ресторан с традиционной сырой рыбой в виде суши и сашими. Интерьер уже привычный: диагональные решётки из бруска, как на беседках в России, глиняная штукатурка покрывает расшитые светлым деревянным бруском стены. Под столом есть место для ног. Его немного, но оно есть!

Сашими и суши, саке и пиво – близнецы и братья! Именно в такой компании мы их употребляем повсюду. Особняком Катя со сливовым вином, которое она здесь распробовала.

Разговор за столом, так или иначе, кружится вокруг японских традиций.

На первом плане – работа, но работа зачастую не ради работы, а ради карьерного роста. Почему японец долго сидит на работе, когда уже закончился рабочий день? Потому что не может остановиться? Нет! Потому что начальник ещё сидит на работе и, если уйти первым, в следующий раз начальник подумает: что-то не очень прилежный работник, надо повысить другого... Часто японцам не хватает самоутверждения – тогда они прибегают к пьянству или идут на ужин к гейше, которая выслушает его излияния и поможет почувствовать свою значимость. Одеждой японцы не выделяются: никто раньше не учил; это сейчас к молодёжи начинает докатываться западная мода. Нет желания выделиться, не принято кичиться богатством, дома – все небольшие и одинаковые, в принципе нет больших особняков! Если японец имеет свой дом, значит, жизнь удалась, большего не надо. Вся жизнь расписана – школа, учёба, работа, карьера, семья, дети, дом. Девушке непременно надо выйти замуж до 30, а то после как-то уже неудобно.

Пока мы обсуждаем японскую жизнь, Женя завалился спать на скамейке, громко храпя на весь ресторан. Уже хочется спать, поэтому, закончив трапезу, мы отправились на остановку такси. Садимся в машину и – нате! – тот же таксист из Нагасаки, который вёз нас вчера! Это притом, что только здесь на стоянке выстроилась вереница из нескольких десятков машин! Он нас тоже сразу узнал.

– Вы откуда?

– Из России.

– О! Какая у Вас большая страна! – это первое, что приходит на ум японцу при упоминании о России. – Хочу съездить в Россию, куда посоветуете?

Наши ребята-гиды уже говорили мне, что японцы вполне толерантно относятся к американцам и довольно настороженно к нам: что там ждать от такого большого и непредсказуемого соседа? А вот американцы – да! Они – наши союзники, а то, что в войну нам от них досталось, так это нам даже на пользу, а то у нас в головах дури много было – вышибить помогли.

Я решил проверить.

– Вы родом из Нагасаки! Как Вы относитесь к американцам, которые сбросили на Ваш город атомную бомбу?

– Так то не американцы сбросили, а союзники (?!). Я к американцам хорошо отношусь, хотя, конечно, допускаю, что те, кто пережил бомбардировку, могут относиться иначе...

Вот так! Всё подтвердилось!

По дороге заехали в аптеку – купить Жене горчичники и спрэй от кашля. Конечно, Алексей помог нам сориентироваться, без знания языка понять что-либо невозможно. А таксист тем временем продолжает с нами разговор: – Есть я вам советую вот в этой сети кафе – вкусно и недорого. Посмотреть вам надо...

 

japan_40.jpgjapan_41.jpg

 

 

03.04.10. Обратно в Токио
 

Утро в рёкане. 06-30 – завтрак. Ещё один японский суперзавтрак, но с отличиями от вчерашнего. Вместо домика-шкатулки сегодня маленький паровозик с папоротником внутри (как спичечный коробок), яичница на спиртовке, соленья и прочая еда.
Съезжаем. Провожает Алексей, с Вадимом мы попрощались вчера, тепло поблагодарив его за профессиональную работу с нами. У выхода из гостиницы нас ждут два такси. Грузим вещи. Таксист попытался поднять чемодан Михайлыча – и не смог! Просто сил не хватило поднять и перекинуть через борт багажника! Михайлыч спокойно взял чемодан, вполне взрослый по росту и весу, и одним рывком спокойно закинул его внутрь багажника. Знай наших! Северных территорий Вам? Фигу! Кишка тонка! (мои заметки не предназначены для перевода на японский язык, чтобы не повредить глубокие традиции японо-российской дружбы).

Плотно прижавшись друг к другу и к чемоданам, едем на железнодорожный вокзал. По дороге прощальным взглядом окидываю Киото. Как я уже говорил, Киото – один из районов большого всеяпонского города. Но он сильно отличается от центрального района большого всеяпонского города под названием Токио. В нём нет небоскрёбов и сохранились улицы традиционной архитектуры. Она никакая: двухэтажные деревянные постройки, встык между собой под черепичными крышами, улицы опутаны линиями электропередач – наподобие Азии и Китая.

На подъезде к станции напоследок решил воспользоваться возможностями Алексея как переводчика.

– А что у Вас машина такая старая, сколько ей лет?

– Да какая она старая, вполне даже надёжная и комфортная, – с обидой в голосе сказал водитель. Возраст машины он так и не уточнил...

Вокзал, в отличие от машины, новый, большой и светлый. Впрочем, мы его уже видели. Перед отъездом сели в кафе попить чая и кофе. Вокруг нас вереница продуктовых магазинов со сладостями и солёностями, похожими на сладости. У японцев не принято дарить в подарок вещи, дарят продукты. Вот поэтому на вокзалах продают продукты в подарок. Поехал в гости и захватил свеженького. Главное, не перепутать пасту из солёной рыбы с шоколадным муссом...

Попрощались с Алексеем и сели в поезд-синкансен до Токио. За окном – сплошной город. Киото переходит в Нагою, Нагоя – в Токио. На самом деле вся Япония – один большой бесконечный город!

 2 часа 14 минут – и нас уже знакомый Пётр встречает на платформе станции Синагава. Чемоданы в руки – и пешком до отеля. Благо идти 100–200 метров. Под ногами японский тротуар, специально предназначенный для слепых. Везде на тротуарах посередине установлены рельефные дорожки, которые слепые ощущают ногами. На прямых участках они состоят из параллельных линий, в случае поворотов и переходов через улицу они состоят из больших бетонных точек, чтобы привлечь внимание идущего к смене направления движения... И такие дорожки – везде! Так японцы заботятся об инвалидах.

В холле нас встречают беременная Элена с дочкой и её муж. Похоже, заселять они уже научились – мы отдали им багаж, а сами тотчас уехали из отеля. Наш путь лежит на кладбище.

Кладбище Тама – первое по величине в Токио муниципальное кладбище. Оно является первым парком-кладбищем, созданным в Японии, где был применен стиль лесных или газонных кладбищ.

japan_42.jpgЗдесь похоронен Рихард Зорге (1895–1944), советский разведчик, который был арестован за шпионаж и казнен в Японии.
Пересекли на микроавтобусе весь город (точнее, ту часть большого всеяпонского города, которая называется «центр Токио»), на подъезде к кладбищу шикарная аллея с цветущей сакурой: цветы смыкаются над головой и загораживают небо. Большая клумба с круговым движением по центру. Пётр пошёл выяснять, куда нам идти. Возвращается. В киоске неподалёку от площади покупаем красные гвоздики, чтобы донести их до могилы и поставить в воду (нам дали вазу с возвратом). Идти довольно далеко, примерно километр, но погода хорошая – солнечно. Идём по аллее, разглядываем памятники, а чуть поодаль за нами бесшумно ползёт наш микроавтобус. Кладбище очень большое и поделено на участки аллеями. Пока шли, я увидел могилы с надписями на русском. Пётр ведёт нас, сверяясь с номерам на участках. Немного поплутав поблизости от могилы, мы выходим на скромный монумент из чёрного гранита на фоне серых синтоистских памятников. Надпись на нем гласит: « Герой Советского Союза Рихард Зорге». Впечатляет. Хотя, может быть, и не так, как написано в статье Ильи Лагутенко, ведь идею приехать на это кладбище я почерпнул именно оттуда.
Мы ещё не можем остановиться и стебаемся, а Саша уже посерьёзнел и осёк нас – правильно!

На могиле на удивление много живых цветов, судя по всему принесённых сюда сегодня или вчера. Поставили свои, постояли в тишине. Здесь же могила его японской жены, которая умерла совсем недавно, несколько лет назад. Смотрю и думаю: вы можете себе представить могилу французского, турецкого или немецкого шпионов на Новодевичьем или Ваганьковском кладбищах, да ещё и с высеченным, например фашистским, крестом? То-то же! Вот это как раз и называется – терпимость.

На кладбище встречаются потрясающей красоты аллеи с цветущей сакурой. Я попробовал сфотографировать, но вездесущие японцы не дали мне сделать свободный от людей снимок.

Попутно поспорили с Катей: она утверждала, что едущий за нами микроавтобус не наш и к нам отношения не имеет; я, соответственно, наоборот. Поспорили на щелбаны. Победил, понятно, я. А бить родную дочь по башке, знамо дело, жалко. Так, погладил!

Завезли в киоск горшок и отправились обратно в центр – сегодня день пройдёт под знаком цветущей сакуры.

14-00 посещение парка на Синдзюку (Shinjuku-Gyoen) (60 минут). Сакура. Здесь Вы сможете полюбоваться красотами цветения сакуры. Японцы часто устраивают пикники в этом парке.

По дороге от кладбища я заметил идущую под углом к нашей автодороге железную дорогу. Прямо над ней была проложена линия высоковольтной передачи на высоких опорах. Очень зримо понимаешь дефицит места для жизни и производственной деятельности в Японии. А ещё очень красиво смотрится цветущая сакура на фоне бетонно-стеклянных небоскрёбов. Этакая хрупкая ветка жизни на фоне индустриализации.

japan_43.jpgНа входе в парк надпись «Проносить алкоголь строго запрещено, виновным – штраф!». То же самое в матюгальники кричат работники парка (ну конечно, в фуражках!). Проходим внутрь и... можно остолбенеть! Людская масса растекается под цветущей сакурой, да не ручейками, а полноводным озером! Гомон, шум, толпы людей плотно идущих по аллеям и сидящих на газонах. И все едят и пьют! Те самые «пиво, саке, вино и другое», которые запрещает плакат на входе. А как же знаменитое японское послушание?

«Ханами» означает «любование цветами». Цветение сакуры сопровождается повальным ханами. Японцы от мала до велика выходят в парки, покупают закуску, пиво, вино, садятся на пластиковые циновки – едят, общаются, веселятся. Наши первомайские походы на шашлыки, помноженные на 1000, в смысле плотности и массовости происходящего. Я не расстаюсь с треногой, периодически останавливаюсь, чтобы сделать панораму наслаждающихся цветением сакуры японских народных масс. Но это требует времени, а наши уходят вперёд. Учитывая, что народу вокруг больше, чем во время салюта на Красной площади, потеряться проще простого! О чём меня предупреждает Катя, оставшаяся со мной. Так и есть – мы с ней отстали. Как искать друг друга, если у нас нет телефонов?! Очень просто! Какой рост у Михайлыча? Около 2-х метров. А у японцев? То-то же! Представьте картину: огромная колышущаяся масса людей преимущественно чёрно-серого цвета и по грудь над ней возвышается исполинская фигура Саши Чуенко в пиджаке жизнерадостного ярко-коричневого цвета...

japan_44.jpgПарк красивый. Пожалуй, самый красивый из всех, что мы видели и ещё увидим в Японии. Потому что есть большой пруд, окружённый контрастными сочетаниями розовой сакуры, графичных чёрных силуэтов голых деревьев, вечнозелёного кустарника и ярко-жёлтых листьев на фоне небоскрёбов. Катя сказала, что он у неё ассоциируется с центральным парком Нью-Йорка, в котором она никогда не была, но многократно видела в кинофильмах. Группа японцев выстроилась с этюдниками и рисует сакуру на фоне водоёма, пока остальные вокруг поедают припасённую снедь. А людей очень много – тысячи, скорее всего десятки тысяч. Куда девается мусор, ведь я не видел ни одной мусорки, в Японии вообще урн мало, а мусора нет. Загадка! Правда, здесь, в парке, мы увидели временный пункт по приёму мусора. С десяток больших пластиковых мешков на специальных подставках и столько же людей в форме около них помогают принимать и укладывать мусор, при этом ещё и сепарируя его. Недолгий визит в парк подарил массу разнообразных впечатлений.

japan_45.jpgПора подкрепиться. С учётом наших пожеланий, Пётр ведёт нас в ресторан, в котором готовят якинико – тонкие кусочки мяса, приготовленные на гриле. Тонко нарезанные подмороженные кусочки разных сортов мяса с мраморными прожилками вам предлагают самостоятельно приготовить на газовом гриле, вмонтированном в поверхность стола. Немного сырых овощей, среди которых есть плоды бамбука, и три соуса перед каждым на выбор – два красных и один лимонный. И как всегда – просто и гениально! Для того, чтобы не запачкаться, каждому надевают белоснежный передник с эмблемой ресторана. Какие молодцы! Везде бы так – может быть, и не пришлось бы мне выкидывать хорошие рубашки после первого похода в ресторан. Кстати, тут пару точно таких же я по приезде обнаружил у нас дома :-)

На выходе огромный букет – икебана из веток сакуры, только забыл (а ведь специально подходил проверить), из живых или искусственных. Скорее всего, живых, уж больно ветки длинные, чтобы их искусственными делать (проходившая мимо Катя подтвердила – живые, при нас заканчивали ветки подрезать, составляя икебану). Посещение парка и еда оставили отличное впечатление. Сейчас мы направляемся в район Одайбо. Пожалуй, это самое красивое место Токио, из тех, что я видел. Сам район расположен на намывном острове, на котором когда-то, в 19 веке, были расквартированы артиллерийские батареи, а сейчас здесь район развлечений с Тойота-центром, гостиницами, магазинами. Кроме этого – отличная набережная с видом на залив, рассечённый знаменитым Радужным мостом и окружённый городом. Прогуливаемся по набережной, фотографируем, я заприметил понтоны в воде, а на них какие-то установки. «Похоже, здесь должен быть фейерверк», – предположил я. Петя отправился на разведку и вскоре вернулся обратно с рекламной листовкой о том, что здесь неделю по вечерам проходит световое представление с фонтанами. Мы решили, что так власти Токио отреагировали на приезд скромной делегации световиков и картофелеводов из далёкого Зеленограда. Сегодня ждать не будем, а завтра, перед отъездом, обязательно заедем.

 

japan_46.jpg

 

В отель возвращаемся на такси. Расставаясь, таксист сказал «спасибо» на русском. И вам «спасибо»!

На этот раз нас поселили ещё дальше от детей. Если Женя с Катей остались примерно там же, в главной башне, то мы переехали в Annex tower, на 9-й этаж, с видом на огромный паркинг на крыше здания. Где-то близко под нами aquastadium, а спустившись вниз (в два приёма: с начала с 9-го на 7-ой в ресепшен, а потом другим лифтом на 1-й), упираешься в огромный боулинг. Вокруг масса магазинов и массажных салонов. В один из них я сходил вечером. Небольшая ширма отгораживает пространство от коридора, несколько массажных лежаков, ложусь на один из них в обществе других массируемых. Нажимают через рубашку в азиатском стиле, но всё-таки не совсем так. И стоит по японским меркам не дорого.

Впечатлений на сегодня хватит. Поужинать решили в гостинице, отправившись на тот же 38-й этаж. Как Вы помните, там штук восемь разных ресторанов. Решили, раз в прошлый раз ходили в суши-ресторан, теперь пойдём в другой. Пошли. Есть там меню с какими-то блюдами. Мы спросили: – А можете суши с сашими приготовить? – Можем, – в ответ.

Через некоторое время приносят. Подумал я – и решил: из того, первого, ресторана их и приносят. Ведь именно он специализируется на приготовлении суши...

А теперь пора спать! Мне, печатающему сейчас заметки, тоже. Потому что сейчас ровно 2 часа ночи 27.05.10.

 

04.04.10 Последний день в Токио
 

Уже привычное утро в привычном отеле. И даже вавилонское столпотворение на завтрак – тоже привычное. Привычный микроавтобус везёт нас в парк цветущей сакуры. Сопровождает Пётр.

Район Асакуса, храм Каннон. Сакура. (90 мин)

Один из самых крупных развлекательных центров в городе. Здесь много сувенирных магазинчиков, театров, ресторанов. Вjapan_47.jpg старые времена эта часть Токио, за исключением холма, на котором стоял буддийский храм, находилась ниже уровня моря. Шумная и хаотичная атмосфера этого района сохранилась здесь со старинных времен. Самое известное место по приобретению сувениров из Японии.

Та самая Каннон, бохтисава, на века прославленная фото- и видеотехникой. К храму ведёт широкая дорожка, по бокам заросшая сакурой и сувенирными киосками, которые, по мере приближения к храму, становятся всё более съедобными: пахнут сосисками, рыбой, жареным мясом. Вся дорожка – это масса людей, двигающаяся в обоих направлениях. Клюём на сувениры. Тут и традиционные куклы, и самурайские мечи, и юкаты, и живопись, и шёлковые платки, и много чего ещё. Смотрю на маленькую юкату – как она Феде Айрапетянцу подходит! Купили. К ней ещё пояс, самурайский пластмассовый меч, носки с отдельным большим пальцем для специальных тапочек. А вот с тапочками засада вышла: нет Фединого размера. Точнее есть, но они в качестве образца весят на витрине и продавцы наотрез отказываются продавать – боятся, что они нам по возвращению домой не понравятся, и мы вернём им обратно с нареканиями, а им придётся платить за дальнюю посылку... Насилу удалось уговорить. По пути к храму стоят japan_48.jpgтрадиционные ворота. На них бумажные фонарики, правда, здесь они отличаются огромными размерами – метра полтора в высоту. Как объяснил Пётр, это подарок от компании Panasonic. В храм мы не пошли (причина прежняя), зато понаблюдали, как японцы поклоняются чаше с огнём.

Парк Уэно (60 мин) Сакура

Парк известен красивейшим пейзажем во время цветения сакуры, несколькими лучшими музеями страны, зоопарком и прудом Синобадзу с множеством карпов и водоплавающих птиц.

Последние три дня путешествия мы в полной мере смогли насладиться цветущей сакурой. Агентство «Сакура тур» полностью оправдало название. Вот и следующая точка – цветущий парк Уэно.

Подъезжаем к входу, микроавтобус остановился на противоположной от входа в парк стороне улицы. Выходим из машины и сразу попадаем в кишащий водоворот людей. Посреди толчеи за клавиатурой сидит нищенствующий старец в марлевой повязке, из-под которой торчит седая клинообразная борода. На голове мятая фетровая шляпа грязно коричневого цвета, сам в лохмотьях. За клавиатурой japan_49.jpgбесформенная куча, покрытая синей целлофановой плёнкой. Что под ней – непонятно. Может быть, там его жилище? Его образ – контраст к образу города, чистого, делового, всё время куда-то спешащего.

Поток людей пересекает улицу и, поднявшись по лестнице вверх, вливается в горловину входных ворот парка. То же море людей, что и в предыдущем, но здесь они расстилают свои циновки не только на траве, но и прямо на асфальтовых дорожках. Обувь снята и стоит поодаль. А на улице холодно, небо затянуло тучами, но на стальном сером фоне светло-розовые облака цветов выглядят ещё ярче и контрастней, хотя, впрочем, я уже об этом писал. Просто пишу давно, уже забыл, с чего начал.

Греться поехали в Акихабару – квартал электроники. В торговом центре Михалыч предпринял неудачную попытку найти зарядное устройство для Аниного фотоаппарата Canon. Многоэтажный магазин электроники, если не обращать внимания на иероглифы, очень похож на нашу «горбушку». japan_50.jpgЗарядное для EOS30 Саша не нашёл, а вот на «горбушке» я видел его совсем недавно. На верхнем этаже многочисленные рестораны. Как и везде, перед входом муляжи предлагаемых блюд. Конечно, выбираем традиционный, и, желательно, с сашими (как всегда, свежое и вкусное). И добавить нечего – песня проста, чиста и приятна.

На выходе из ресторана огромная икебана из веток сакуры. Тоже часть стиля. А за дверью люди в странных одеждах – похоже, вечером здесь начнётся веселье...

Прогулка по кварталу Гиндза (60 минут).

Это один из центральных кварталов Токио. «Гин» означает серебро, а «дза» – ассоциация ремесленников, имевших разрешение на определенный вид деятельности. Существует шутка, что раньше Гиндза была местом, где деньги делают, а теперь стала местом, где их тратят. Сейчас Гиндза – самый модный торговый центр Токио. Здание Сан-ай (перекресток Гиндза Ёнтёме) построено на самом дорогом в мире участке земли (если Вы захотите приобрести вещи с брендом – это как раз место, где вы найдете магазины от Барбарри до Шанель). Изобилует модными кафе и ресторанами.

Как мне только что подсказал мой гениальный сын, Гиндза – это наш стереотип Токио. Высокие стеклобетонные здания, горящие неоном рекламы. По случаю воскресения на улице перекрыто движение, чтобы толпам народа было удобнее перемещаться между магазинами. К моему разочарованию, никакой японской специфики – мировая глобализация в чистом виде!
Louis Vuitton, Cartier, Apple, Bulgari, Dolce&Gabbana... Даже новый японский брэнд молодёжной моды Uniqlo уже активно размножается в Европе. Моя попытка подобрать что-нибудь из японской одежды обречена на провал. Местный XXL никак не сходится на мне, я тут же прекратил попытки. Так что наша прогулка по Гиндзе была недолгой, к тому же стал накрапывать дождь и по улице вновь пустили автомобильное движение. В условленном месте встретились со Светланой и Сашей, удачно посетившими магазин Louis Vuitton. Пётр ведёт нас в ресторан, специализирующийся на сукияки. Это последняя часть триады главных японских блюд из мяса, приготавливаемых едоком самостоятельно. Сырое мясо готовится на раскалённой сковородке прямо на столе, а готовые кусочки перед поеданием обмакивают в сыром желтке. Господи! Но до чего просто и вкусно! А если ещё к этому добавить несколько бутылок холодного Шардонэ!

После ужина берём такси и едем в Одайбо посмотреть световое шоу на воде, о котором мы вчера случайно узнали. Я уже писал, что вид на мост, залив и окружающие его районы города, пожалуй, самый красивый в Токио. Прогуливаясь по набережной, подходим на смотровую площадку, полутёмную из-за отсутствия освещения. Какие-то люди стоят на ней, я жду, когда они уйдут, чтобы сделать снимок. Видимо почувствовав неловкость, они решили ретироваться. Мужчина, женщина и ребёнок проходят мимо нас в темноте. Вдруг Михайлыч и встречный мужик бросаются друг другу в объятия!?

Друг Чуенко по фамилии Галицкий, вместе жили в общаге, сто лет не виделись. Он сейчас живёт на два города – Москва и Амстердам (семья в Амстердаме). Вот, решили выбраться на школьные каникулы в Японию. Как тесен мир! Ведь не на вокзале встретились, а в тёмном уголке, вдали от центра!

«Надо обязательно встретиться на родине!» С этими словами разошлись. Мы отправились смотреть световое шоу. Серия фонтанов на воде – примерно 12–18, управляющихся по свету и силе струи. По центру водяной экран с видеопроекцией, на заднем плане – радужный мост и панорама токийских небоскрёбов в отдалении. Вся прелесть в том, что водяной экран не имеет чётких границ, от ветра его контуры колышутся – и от этого изображение становится более живым (например, дельфина вынырнувшего из пучины).

 

japan_52.jpg

 

Хорошо. Такой правильный финальный аккорд нашего путешествия.

В обратный путь в гостиницу мы двинулись по монорельсовой дороге. Нам ещё Алексей с Вадимом в Киото советовали: очень живописный вид из поезда. Поезд полностью автоматический – машиниста нет, и мы едем по берегам залива. Ночной Токио здесь очень хорош. По совету Петра, вышли на какой-то станции. Вместе с нами вышла девушка. Отцепила свой велосипед на стоянке и покатила куда-то в темноту. А у нас велосипедов не оказалось. Надо ловить такси. В столь поздний час это сделать не так-то просто. Стоим под какой-то развязкой многоуровневой, а мимо проезжают автомобили, да всё не те! Нет свободных такси, которые отвезут нас в тёплую гостиницу с холодной улицы. Увидев красный огонёк (именно таким цветом светится надпись «свободно», зелёным обозначается «занято»), я бросился через улицу. А тут и с другой стороны второе такси подкатило.

Приехав в гостиницу, мы решили выпить по случаю отъезда. Поднялись на 38-й этаж, а там – очередь. Постояли минут 5–10, а она не движется. Развернулись и ушли спать.

На этом моё повествование подходит к концу. Дорога обратно ничем примечательным не отличалась. Всё прошло в штатном режиме. Не спалось. Ведь летим вслед за солнцем. Было время поразмышлять об увиденном.

Страна запомнилась отсутствием того простора, который есть у нас. Невероятной плотностью жизни. Удивительным сочетанием традиций и современности. И такой милой архаичностью, как кружевные чехлы в допотопных машинах такси.

Мне показалось, что Светлане очень понравилась эта страна. Возможно, мы сюда ещё вернёмся!

 

28.03–22.06.10